Знаешь, еще до того, как я заявился к тебе домой, мне хотелось от тебя… ну в общем, ты сама знаешь что. А сейчас, несмотря на то, что я осознаю, что у тебя реально беда с головой из-за пожизненного морального давления со стороны бабки, я хочу большего. Молчи и слушай меня, — поднимает палец вверх, как только я хочу сказать что-то в ответ. — Тебе надо менять свою жизнь, пока еще не поздно. И уж извини, ты не сможешь ее поменять одна, даже при большом желании. Единственное, чего тебе хватает с лихвой, так это терпения. Но и на нем далеко не уедешь. И чтобы что-то поменять, тебе нужен тот, кто-то сильнее тебя и твоей бабки, и я сейчас не про физическую силу.

— Дайте угадаю, это вы.

— Конечно, я. Восемьдесят процентов своего времени я провожу на работе, а может быть и девяносто, точно не скажу. Я здесь и сплю, — указывает глазами на диван. — И ем, и… много чего другого. Фактически ты будешь предоставлена самой себе в моей пустующей квартире, только уже без гнета бабки. Тебе не придется ни перед кем оправдываться, опасаться бабки и прочего. Совершенно другая жизнь. У тебя даже будет своя комната, где будешь делать то, что хочешь.

— Так вы меня удочерить решили? Какая прелесть.

— Все-таки мне нравится твоя спящая внутренняя стерва.

— А мне все это не нравится.

— Но когда я буду дома, спать ты будешь со мной, Света, — прет он дальше, игнорируя моя слова. — Я тебе не обещаю свадьбу и любовь до гроба, это честные взаимовыгодные отношения. Я научу тебя нормально жить. Если честно, мне самому интересно, что из этого выйдет. Я не предлагаю тебе одноразовый секс, мне это неинтересно. Воспринимай все это как… подарок, — молчу… потому что просто не знаю, что сказать.

Перевожу взгляд на его руку в кармане и единственное, что вылетает из моих уст, так это:

— Верните мою заколку.

— Надо еще разобраться, как работает твой мозг, я пока, если честно, не уловил. И нет, не верну.

— А вы когда-нибудь любили? — и зачем я сейчас это спросила?!

— Если ты о любви между мужчиной и женщиной — нет. Максимум был влюблен, давно. Когда-то в юности, — спокойно и уверенно отвечает Волков.

— Ну и чему вы меня можете научить в жизни и отношениях, если до тридцати шести лет никого не любили и не были женаты?! Вы же даже против брака! Попросту бабник! И ваша Танечка — это прямое доказательство.

Хотя думаю не только она, наверняка четверть больницы, уж гинеколог точно.

— Во-первых, я никогда не говорил, что против брака, — с улыбкой на лице выдает Волков. — Во-вторых, я был женат на протяжении восьми лет, и своей нелюбимой жене я никогда не изменял. И да, бабником меня назвать сложно, я за постоянство, как бы это дико ни звучало в твоей голове. В-четвертых, Танечка — моя двоюродная сестра, стало быть я никогда с ней не спал. Хотя вру, спал.