И какого же было мое удивление и одновременно облегчение, когда безо всяких действий, не говоря уже о усилиях с моей стороны, Света сама попалась мне на глаза. Причем попалась в прямом смысле этого слова. Живая между прочим и ни хрена не прикованная к батарее. Стоит в дверной проеме, с полностью распахнутой дверью и слушает тираду от соседки за слишком громкую музыку. И смех, и грех.

— Да, конечно. Сейчас выключу, — испуганно отвечает Света.

И ведь можно было бы сказать, что это очередная жалующаяся сумасшедшая, необоснованно кропящая над спящим чадом, да вот только музыка действительно играет слишком громко. И тут я понимаю, что нет никакой бабки. Ну не стала бы ни одна представительница старого поколения разрешать внучке слушать громко музыку в столь поздний час, да еще и при таких соседях.

Чему я собственно лыблюсь непонятно, но факт налицо. Улыбаюсь, направляясь к Светиной двери, как только некогда возмущенная соседка отходит от нее.

— И вправду, совесть-то еще никто не отменял, да, Зайка? — делаю очередной шаг по направлению к Свете, но, видимо, осознает, что я настоящий, а не плод ее воображения и сразу же пытается закрыть дверь. Кое-как успеваю просунуть ботинок, одновременно борясь с идиотской улыбкой на лице и нарастающей волной необоснованной радости. — Ну нельзя же так с гостями, Светлана Васильевна, — аккуратно тяну на себя дверь, немного отталкивая хозяйку квартиры. — Силы тут как-то не равны, тебе так не кажется? — закрывая за собой дверь, игриво интересуюсь я.

— Вы в своем уме?! Как это вообще понимать?

— Как заботу о твоем здоровье. Я не мог лечь спать, не узнав о твоем самочувствии. Выключи музыку.

— Я сама разберусь, что мне делать в своем доме! Уходите, — зло бросает Света, бегло обводя глазами комнату. — Пожалуйста, — уже более мягче добавляет она.

— Позже. И все же выключи музыку, ты же сама пообещала соседке.

— Черт! — какая-то секунда и взбудораженная Света принимается бегать по квартире. Судорожно хватает пульт и начинает тыкать в него пальцами. Странно, что я только сейчас заметил, что она совершенно другая. Правда не пойму в чем дело, то ли в не совсем привычной для нее косметике на лице, то ли в самом гиперактивном состоянии.

У меня возникает стойкое ощущение, что еще несколько секунд борьбы с пультом и она начнет громко топать ногами, при этом истеря в типичной женской манере. Совершенно не заботясь о приличиях, не раздеваясь, прохожу в гостиную и молча забираю у нее пульт.

— Когда что-то перестает работать, надо попробовать достать батарейки, а не тупо насиловать кнопки.

Через несколько секунд благополучно выключаю телевизор и в гостиной наступает долгожданная тишина. Да, так определенно лучше.