Перед мысленным взором мелькнули затуманенные искусственной амнезией жаркие образы. Как он сжимает меня в страстных объятиях. Как вдавливает разгоряченным телом в прохладные простыни, и я стону, вжимаясь обнаженной грудью в рельефный торс моего первого мужа, с которым меня навеки связали звёзды.

Сердце противилось, но губы шепнули:

- Готова.

- Давно пора, - фыркнул Дарэн. – Кого из нас признаешь законным супругом? С кем желаешь разделить оставшуюся жизнь? Второй в этом случае уйдет в тень и больше никогда не посмеет на тебя претендовать. Сделка?

Правитель Нтхи, превозмогая лютую ненависть, протянул Императору Сиэ охваченную фиолетовыми всполохами широкую ладонь.

С одной стороны добровольное решение сианы – спасёт братьям-драконам жизни. Мысль о том, что кто-то из них пострадает из-за меня – была невыносима и разрывала человеческую душу на части. С другой – я отчаянно противилась взваливать такую ответственность на собственные плечи… потому что они оба мои – Единственные.

Раксан, прочитав эти мысли по лицу любимой жены, нахмурился и ударил брата ледяным темным взглядом, явно не одобряя ход его мыслей. Но вместо грозной реплики в рычащем голосе первого мужа прогремела тревога.

- Софи, что с тобой?

Мне вдруг сделалось дурно. К горлу подкатила тошнота.

Я не могу так сразу… кого-то отвергнуть. Слишком больно и тяжело.

В сокрушенном подземном ангаре воцарилось затишье. Гудели разбитые осветительные лампы, кто-то из охранников-драконов с силой сжимал громадные кулаки, трещали костяшки.

Или это я их сжимаю и от напряжения даже не чувствую боли?

- Кто из нас? – Хором рявкнули драконы, нарушая затянувшуюся паузу.

Перевела мутный взор с одного Истинного на другого и, опуская глаза к полу, который угрожающе раскачивался, выдала на эмоциях:

- Ты!

Ребенок внутри ощутимо толкнулся, и это стало последним, что я запомнила. А потом потеряла сознание.

Глава 6

Жар крепких ладоней скользит по коже, возбуждая обнаженные страстью нервы. Томление разрывает грудь щемящей нежностью. Сердце колотится, дыхание застывает.

Я выгибаюсь навстречу горячей ладони, что неспешно рисует вдоль ключиц зигзаги и линии. Губы раскрываются, из легких вырывается тихий стон.

Сумерки обволакивают и ласкают не менее трепетно, чем мой дракон. Я лежу в личной спальне, на широкой кровати, а он – рядом. Сидит на краю и, не отрывая горящих глаз, обжигает страстью и диким желанием.

- Раксан, - шепчу самое дорогое сердцу имя и пытаюсь ухватить слабой ладонью ладонь супруга.

Мужская рука дрогнула и отпрянула. Над головой раздался рык.

Дернув бровями, нехотя вспомнила события в подземном ангаре, предшествующие обмороку, и открыла глаза. Рядом, излучая силу и власть, темнел мужской силуэт с широкими плечами.