Четырнадцатая глава

– Опять скандалить пришёл? – перебила я его, не успел Герман высказать явно крутившиеся у него на языке слова.

Муж остановился около стола в двух шагах от меня и посмотрел тяжёлым взглядом. Его ноздри раздувались, а глаза потемнели. Опять злится."

"– Знаешь, ты в последнее время словно не удовлетворённая жизнью одинокая дева или подросток в пубертате, всё время истеришь или орёшь. Сдерживайся, пожалуйста, хотя бы при детях, – продолжила я, с удовольствием замечая, как на скулах появились желваки и губы сжались в ниточку.

Не видела больше причин щадить его чувства и держать свои мысли при себе. Не хочет уходить? Пусть терпит.

– Ты хоть осознаёшь, как я волновался? Зачем ты выключила телефон? – взяв себя в руки, спросил Герман внешне спокойным тоном.

– Я телефон не выключала. Я намеренно не желала с тобой разговаривать. И согласись, это совершенно разное. Не только осознаю, но и прекрасно знаю. Общению с семьей ты предпочел свидание с подружкой. Мало того, у меня даже кино есть, – я подвинула мужу свой телефон, – полюбуйся! Видишь, какие волнительные у тебя были занятия! Бедняжка!"