— Подвезти тебя до дома?

Мотнув головой, я напряженно улыбнулась и поспешила на выход. Дверь в прихожей оказалась заперта. Пришлось стоять, взволнованно сцепив пальцы и ждать, когда мужчина наберет нужный код.

Дверь распахнулась, и я быстро зашагала в сторону лестницы, очень стараясь не сорваться на бег.

Это проклятье какое-то.

Добравшись до дома, я проверила телефон, который предусмотрительно заранее поставила на беззвучный режим. Катя так и не позвонила. Зато была пара пропущенных от матери. Ну что там еще?

Руки слегка подрагивали, но я не стала злоупотреблять успокоительным. Хватит с меня искусственного спокойствия.

Хотя в чём-то Глеб и был прав. Не нужно набивать шишки и испытывать дополнительный стресс, если есть возможность этого не делать.

И потому я набрала свою бывшую одногруппницу, которая пару месяцев назад с несвойственным ей энтузиазмом зазывала меня в своё модельное агентство.

Может, ещё не всё потеряно? Помнится, в прошлый раз мне просто неинтересно было это предложение, хотя профессия, судя по описанию — не бей лежачего. Съемка для интернет-магазинов одежды и косметики.

В качестве подработки почему бы и нет? Сейчас я бы взялась за всё, что угодно. Это был отчаянный шаг в качестве повода сказать Глебу чёткое нет.

И когда я стала его так бояться? Настолько, что даже проблема с Марком плавно отошла на второй план.

— Марина, это я, Агата Орлова. Привет.

— Агата… — протянула та, словно не сразу узнала мой голос, но затем быстро опомнилась. — Ничего себе! Ты передумала?

Я улыбнулась и поспешила уверить, что именно так. Сейчас мне очень нужна подработка. Договорившись встретиться завтра в полдень, я с облегчением нажала отбой.

Ну наконец хоть что-то! Можно было слегка расслабиться и выдохнуть скопившееся напряжение.

Но не судьба. Стоило мне налить себе кофе и усесться за стол, как снова раздался звонок. На этот раз от матери.

— Агата, — простонала она в трубку еле слышно, — прости за прошлый раз. Я не должна была так с тобой разговаривать."

"Опустив на стол недопитую кружку, я сжала пальцами телефон, предчувствуя нехорошее. На моей памяти это был первый и единственный раз, когда она за что-то вообще извинялась.

— Что стряслось?

— Твой отец, — она глухо всхлипнула. — Он меня бросил.

22

Разговор с матерью оставил тяжелое впечатление. Что и говорить, сейчас она понимала меня, как никто.

Я, конечно, слышала, что мужчины после пятидесяти начинают чудить, но не думала, что придется убедиться в этом воочию. Судя по рассказу, отец ушел к их соседке, молодой учительнице местной школы.

Мой отец, которого я знала, как себя, всегда такой спокойный и серьезный! И это притом, что они с матерью практически никогда не ссорились и во всём находили общий язык.