Вот только что я ему скажу теперь? Марк, уйми свою мать? Да, наверное, так и сделаю. Хотя он может и не взять трубку. Всё-таки ночь на дворе.

Марк ответил в третьего гудка. Его привычное «да» прозвучало так спокойно, словно ничего и не произошло.

Что ж, для него, видимо, так оно и было.

— Это Агата, — начала я безо всякого приветствия. — Твоя мать послала каких-то людей, чтобы наказать меня за то, что я сделала с твоей машиной. Поговори с ней, иначе мне придется заявить на неё в полицию.

Так себе угроза, конечно. Но хоть что то, за неимением иного.

— Что? — теперь он не казался таким спокойным. — Ты где?

— Что слышал, Марк. Твоя мать мне угрожает, и даже более того, она…

— Ты где? — в знакомом баритоне послышались стальные нотки. Но вот странность, теперь я его совершенно не боялась.

— Агат, чай остыл. Горячего долить? — послышался голос Глеба с кухни.

Зря он это сделал…

— Это кто?

Я вздохнула. Спокойно, Марк далеко и больше не имеет надо мной никакой власти.

— Моя жизнь тебя больше не касается. Я набрала тебя единственный и последний раз с той целью, чтобы ты успокоил свою мать и успокоился сам. Я не хочу иметь с вами ничего общего, даже фамилию. В понедельник я иду подавать на развод.

Кажется, его совсем не впечатлили мои слова.

— Агата, я задал вопрос…

И когда он меня вообще слушал?

— Ты утратил возможность получать ответы. Совсем недавно. Забыл причину? Напоминать не буду.

Я отключилась и заблокировала номер. Разумеется, это не гарантировало, что он перестанет мне звонить, но сам факт, что я могу кинуть его в блок, успокаивал.

Как и то, что в дверях показался улыбающийся Глеб с дымящейся кружкой в руках.

— Ещё чаю? Там остались эклеры…

Не успела я согласиться, как телефон пиликнул сообщением с незнакомого номера:

""Сейчас приеду. Марк.""

* * *"

"Вот упертый! Да сколько можно то, а? Нет, пусть хоть под дверью ночует, я не собираюсь с ним ни видеться, ни разговаривать.

Однако быстро он вызнал, где искать. Ну Катя, ну удружила…

— Что там? — Глеб был тут как тут.

Кажется, этот мужчина беспокоился обо мне не меньше меня самой.

— Он приедет.

Тот даже улыбнулся.

— Я с ним поговорю. Хочешь?

— Тебе одной травмы недостаточно?

Ох уж эти мужчины. Хлебом не корми, дай разборки устроить.

— Я аккуратно.

— Не нужно… слушай, у тебя есть успокоительное?

Мы вернулись на кухню, и я поняла, что ночь заканчивается, а сна ни в одном глазу. И даже не предвидится.

— Есть, сейчас принесу.

Пока я сидела, глядя в стену, он вернулся с серебристым блистером, который положил передо мной на стол.

— На брудершафт? — усмехнулась я, разглядывая упаковку растительного препарата.

— Я спокоен, как удав. А тебе надо выспаться.

— Нам всем надо…

В общем план на воскресенье был составлен. Планировалось отсыпаться до самого понедельника.