Потому что не могут запретить в этом мире творения из травы! И то, что это творение похоже на могучего меха из какого-нибудь фантастического мира, никого волновать не должно! Трава? Трава. Вот и молчать всем!

Я размещался в груди меха, контролируя каждое движение своего жуткого творения. У меня получился могучий зелёный гуманоид, обладающих устойчивыми ногами, массивными набалдашниками на руках, а также плотной кожей. Хотя последнее было не принципиально — внутренностей у моего творения не было. Вся трава управлялась силой моей воли, а сейчас этой самой воли было столько, что со мной рядом лучше было не стоять!

Зашибу!

Я сделал шаг вперёд и окружающее пространство вздрогнуло.

Хирон был могучим существом — он превосходил даже Альфа. Однако на фоне моего травяного меха это был всего лишь пони, размахивающий зубочисткой. И пофиг, что мы были одного с ним размера.

— Хирон, ты готов? — мой голос разнёсся, кажется, по всему подземелью. — Покажи, чего стоят кентавры!

Хирон показал. Зубочистка полетела прямо в грудь травяного меха, чтобы сделать во мне некрасивую огромную дырку. Я отмахнулся, врезав одной из конечностей по древку.

Травяное тело задрожало — сила удара оказалась такой, что набалдашник из прочнейшей коры, какую я только мог сделать, оказался смят. Но и копьё отклонилось в сторону, пролетев мимо моего меха.

Сделав ещё несколько шагов, я оказался рядом с Хироном и от всей души врезал кентавру в челюсть. Меха сотрясло ещё раз, а мою реальную руку словно током шибануло, настолько оказалась страшной отдача.

Кентавр словно не заметил моего потуга. Он вытянул руку в сторону и в ней воплотилось его копьё. Видимо, привязанное оружие, способное возвращаться в лапы своего владельца, так что укради его Лира, толку бы не было.

Тоже такое хочу!

На этом мысль ушла в сторону — на моего меха обрушился удар, едва не откинувший меня в сторону. Если бы не массивные устойчивые ноги, я бы просто превратился в красивую летающую травинку. Так же лишь качнулся. Правда, ещё бок заболел — в травяном мехе появилась некрасивая вмятина, что тут же передалось на моём теле. Хрен его знает, как это работает, но, раз работает, нужно быть осторожным.

Я потянул силу из окружающего мира, затыкая пробоину и, накачав силой кулак, врезал кентавру в челюсть ещё раз.

Тут же по корпусу прошёл новый удар копьём. На который я повторил удар кулаком. И вновь копьё. И вновь кулак.

— Макс, с подземельем что-то происходит! — прошептала Ворчунья через какое-то время. — Оно… Оно изменяется!

— Продолжай наблюдать! — приказал я, не отрывая взгляда от Хирона. Наконец-то появился хоть какой-то визуальный эффект того, что я колошмачу эту тупоголовую морду! Глаз Хирона, в который я старательно лупил, начал заплывать — там появилась шикарная гематома.