Шикарное убранство, локации для фото, артистов, всё проходит мимо меня. Окружающее размыто туманной дымкой.

Занятая этими мыслями, не замечаю, как рядом материализуется моя дражайшая свекровь со своей “старой шарманкой”.

— Дети мои, как же вы прекрасны! Яночка, — прислоняет прохладную ладонь к моей щеке. — Сыночек, — касается второй ладонью щеки Алексея. — Ну когда же вы меня порадуете внуками? Сколько мне ещё ждать? — притворно всхлипывает и часто-часто машет своими нарощенными “веерами” на глазах.

Белов уже немного хмельной, а потому расслабленно улыбается, кладёт Светлане Анатольевне руку на плечо и лебезит:

— Скоро мама, скоро! Может, даже сегодня займёмся этим вопросом, — с гадкой ухмылочкой скашивает на меня взгляд. — Правда, Яночка?

Выдаю скромную улыбку и туплю глазками в пол. Пусть думают, что я смущена такой откровенной беседой.

Свекровь тут же окрыляется и светится, как самовар.

— Давайте, давайте, ребятишки! Я буду за вас молиться. Ой, да что там! — встрепенулась она. — Я итак, каждый день прошу небеса подарить нашей семье пополнение.

Белов скалится, обвивает рукой мою талию и с силой прижимает к себе. Практически вскрикиваю от колющей боли в рёбрах, но в последний момент сдерживаюсь и легонько высвобождаюсь из его хватки. Ловлю проходящего мимо официанта и беру пару бокалов. Один из которых передаю Алексею. Тот, конечно же, не отказывается.

Чуть позже свекровь перехватывает, какая-то крупная женщина с огромными ярко-малиновыми губами, под цвет её платью и боевым макияжем на глазах. Алексей подставляет мне локоть и приглашает сесть за стол.

— Здравствуйте, Алексей Романович и Яна Викторовна — слышу за спиной знакомый голос и оборачиваюсь. — Спасибо за приглашение и прошу меня простить за опоздание, — говорит Николай Антонович Шмелев, выдавая сдержанную улыбку.

— О, Николай Антонович! Очень рад, очень рад! — говорит муж и пожимает руку Шмелеву. — Как хорошо, что вы всё же приехали. Кстати, у меня тут есть один рабочий вопрос, может, обсудим на веранде?

Мужчины удаляются, а я смотрю им вслед, Николай Антонович поворачивает голову, ловит меня в фокус и едва заметно кивает. Они скрываются из вида, и я наконец-то остаюсь одна. Спокойно выдыхаю, но тут замечаю в углу зала Дамира. Скорее всего, он приехал со Шмелевым.

“Так значит, все уже готовы”, — проносится в голове мысль. Осматриваюсь по сторонам в поисках Глеба, но его нигде нет. Снова смотрю на Валеева, но он лишь мотает головой. Очевидно, это ответ на немой вопрос, который читается на моём лице.

Снова направляюсь в туалет, и с каждым шагом, паника всё больше охватывает меня с головы до пят. Когда до заветной цели остаётся несколько метров, и вовсе перехожу на бег. Влетаю в кабинку и закрываюсь.