Городовой после моих слов поморщился, видимо понял, что придется исполнять свою работу на совесть, а длинный хлыщ, пытавшийся в это время привести в чувство подельника задергался. А когда пострадавший обнаружил пропажу и сообщил об этом окружающим, то тот юркнул в толпу, оставив лежать щипача. Поначалу, я думал его преследовать, но потом мысленно махнул рукой и остался на месте.

Городовой вместе с главой семейства подошли к вору, и подозвав меня стали ощупывать его карманы. Из одного вытащили кошелек.

— Мой! Это мой кошелек! — возбудился мужчина. — А часы, где золотые часы, я у Вас спрашиваю?

Но, увы, поиски не привели больше ни к чему, и часов так и не смогли найти. Предполагаю, что длинный успел переложить их к себе, перед тем как сделать ноги. Да и барышня, с пострадавшей ногой тоже куда-то неведомо испарилась.

Прозвучал гудок, сообщающий о скором отправлении, и все пассажиры стали освобождать перрон, заполняя вагон.

Пострадавший от рук щипачей громко возмущался, но при выборе остаться на станции или продолжить путь выбрал второе. Что-то написал на бумаге городовому, который вязал руки щипачу. Городовой обещал, что приложит все силы и найдет часы, за что был удостоен какой-то монетой.

Но предполагаю, не успеет поезд отойти от вокзала, как этого щипача отпустят, и он и дальше будет разыгрывать подобные спектакли на этой захолустной станции.

Когда я заходил в вагон, то столкнулся с пострадавшим, он протянул мне руку.

— Андрей Михайлович Томских, стряпчий, возвращаемся от родственников домой в столицу.

— Илья Горский, еду с братьями учиться в гимназию в Санкт-Петербург, очень приятно познакомится, — сказал я, а братья, стоявшие по бокам, просто кивнули.

— Поторопимся, юноши, а то есть риск остаться на этой богом забытой станции на долго. Приглашаю вас на следующей станции в ресторацию, вы мне сегодня знатно помогли. Ведь шельма все дорожные деньги увел, и, если бы не вы, даже и не знаю, как мы бы добирались до столицы.

— Да будет Вам, Андрей Михайлович, — сказал я с улыбкой, поднимаясь в вагон вслед за братьями, — а в ресторации непременно встретимся, — завершил наше быстрое знакомство.

На следующей станции, как договаривались с семейством Томских встретиться, не получилось — остановка была короткая, и пассажиров не выпускали на долго. А вот когда через часа четыре мы добрались до Перми, то Андрей Михайлович повторил приглашение.

Ресторация при вокзале была достаточно приличная, на наш неизбалованный взгляд даже шикарная. По правде говоря, в этом времени ничего подобного мы еще не встречали. Что уж говорить про Кузьмича, который, чувствовал себя не в своей тарелке в такой обстановке.

— Рад представить Вам свою семью. Это Анна Николаевна, моя супруга.