– Ты отдала ему Ленины вещи?

– Ты устроила мне проблемы! Столько лет нормально жили с Володей, нет надо было сюда ментов притащить! Зачем тебе эта девочка? Она не твоя!

– Аня тоже была ни твоя, это что то меняет! Знаешь, я до последнего думала что в тебе что-то хорошее есть, но ошибалась!

Я резко встала и подхватила сумку.

– А муж твой знает что где то здесь золото закопано и поэтому жил с тобой все эти года и да еще, знаешь мне что то подсказывает, это не Шуруп, а он причастен к исчезновению!

– Пошла вон! Забирай сумку и проваливай!

Я неся сумку вышла во двор. Ни Максима ни Димы не было. А может и к лучшему что она не осталась здесь, кто знал во чтобы это могло вылиться, неся сумку в руках я вышла за ворота дома где жил казалось такой родной и одновременно чужой мне человек. Медленно пошла в сторону автовокзала. Телефона нет. Сколько идти. Час или два? А может больше?

Дойдя до магазина, купила себе попить и прислонилась к стене. В глазах застыли слезы. Было больно. До жути больно. Мать предала, предал муж, предал Бурковский. Я была никому не нужна и все сильнее это осознавала."

"Леночка… Увижу ли я ее еще раз или нет. Леночка моя… Как я к ней привыкла? В носу бешено защипало, я вот вот была на грани истерики и не знала что мне делать. Максим, какая же он все таки тварь что увез ребенка. Моего ребенка. Я считала ее своей. Лишенная радости материнства, я всегда мечтала об одном, быть мамой. Те у кого не было детей должны меня понять, какого это когда ты пустой орех и не можешь познать радость материнства, когда все знакомые с жалостью смотрят на тебя и сочувственно вздыхают. Годы летели с бешеной скоростью, ничего не выходило и лишь когда рубеж перевалил за тридцать, я поняла наступает конец. А сейчас я еще и смертельно больная с неутешительным диагнозом. Страшным диагнозом. Мы два раза расходились с Кологривым, он всегда нравился женщинам и два раза сходились, я словно чувствовала свою вину перед ним что не могу подарить ему детей, а он хочет. Только все это время я не знала одного, у него есть свои дети, есть своя семья там на стороне и сейчас еще будет ребенок, а где-то если Бурковский и его дед сказали правду, есть еще и мальчик Дима.

Макс хотел детей только вот, как отец был плохой, очень плохой. Да и, как человек он был ни лучше, но я этого не замечала, Максим Кологривый самый красивый из нашего поселка. Когда я мимо проходила, дух замирало. Его родители меня не любили, сестра тоже.

Да и зачем невестка с пьющей нищей семьи. Еще и многие знали мою историю, как бросила меня мама, родная мама. Мама утверждала что отец ее изнасиловал, а бабушка говорила что она бросила меня. Легче мне не становилось.