Но блондинка меня не поддержала, наоборот, беззвучно одними губами сказала:

– Соглашайся.

Да чёрта с два! Не буду больше ничьей игрушкой!

– Нет! – твёрдо ответила я. – Прощайте, господин Морентер, надеюсь больше с вами никогда не встретимся.

Я села обратно на скамью и, приняв положение вполоборота, демонстративно отвернулась от мужчин, устремив взор на соседок.

Брюнетки до этого сидели не шелохнувшись и затаив дыхание ожидали, что будет дальше. После моей «выходки» разочарованно вздохнули.

– Ну и дура, – тихонько проворчала Алекса, после резко поднялась со скамьи, встала в центр камеры и громко проговорила: – А меня выкупите! – Взяв один из своих обесцвеченных локонов, накручивая его на палец и, кокетливо моргая искусственными ресницами, добавила: – Я тоже могу в рыжий покраситься.

– Да! – поддержали брюнетки подругу, подбежав к ней. – Покраситься и мы можем.

Мне стало не по себе от их поведения, даже немного противно. Предлагают себя, как распутные девки. Может наврали, что танцовщицы?

Мужчина благосклонно улыбнулся девушкам и ответил:

– Увы, но мне не нужны подделки."

"– Что?! А она? Не подделка разве? – возмутилась светловолосая и с негодованием уставилась на меня.

– Да!... Да! Она ведь тоже крашеная! – вразнобой стали поддакивать подруге темноволосые

Чтобы убедиться в своей правоте, девушки подошли ближе и принялись пристально разглядывать и бесцеремонно трогать мои волосы.

– Ты ведь крашеная, признайся! – не унималась Алекса.

Давно привыкла к тому, что многие считают меня «крашеной». Потому что волосы мои не просто рыжие, а очень рыжие, с красным оттенком. Бабушка звала меня «огонёчек» и смеялась, говоря, что меня точно ни с кем не спутаешь и не потеряешь, так как мою голову издалека видно среди остальных детей. Парикмахеры восхищались и убеждали, чтобы я никогда не меняла свой редкий, насыщенный цвет на какой-либо другой.

Пришлось слукавить, чтобы успокоить сокамерниц, а то чего доброго опять возненавидят. С безразличием ответила им:

– Вы правы, я не рыжая, просто цвет нравится.

– Ну я же говорила! – обрадовалась Алекса. Довольная собой, снова встала посреди камеры, уперла руки в бока, гордо вскинула голову и заявила дракону: – Я буду лучшей подделкой, чем она! – Положив ладони на свою пышную грудь, томно прикрыв глаза, добавила: – Вы просто не представляете, сколько во мне темперамента.

Проигнорировав демонстрацию женского обаяния блондинки, дракон, повернувшись к толстомордому, проговорил:

– Кстати, надо бы проверить. – Достав из кармана какой-то продолговатый бесцветный кристалл, размером чуть меньше ладони, подал охраннику.

Служивый принял его и, протянув его между прутьями решётки, обратился ко мне:

– Подойди сюда.

Я и не думала подчиняться, продолжала сидеть на месте.