Я понимаю, что он не виноват, он возможно не сообразит, кого мы встретили на пороге… Хотя не так уж трудно догадаться. Мне дико хочется, чтобы Леня ушел. Но он и не думает это делать, ведет себя как ни в чем не бывало, ухаживает за мамой, помогает ей с сумками…"

"Бросаю быстрый взгляд на Олега – он пристально смотрит на документ в маминой руке…. Вот уж точно, не так я хотела сообщить любимому о ребенке! Вырываю документы, сбрасываю кроссовки и почти бегом скрываюсь в своей комнате. Мне надо переодеться. Я чувствую себя глупо. Нет, первым делом надо подзарядить чертов телефон и увидеть есть ли сообщения от Олега!

Следом в мою комнату забегает мама:

– Ох, что делать то? – в ее голосе неподдельная тревога.

– Олег ушел? – спрашиваю испуганно.

– Нет, оба не собираются уходить! – отвечает нервно. – Я их на кухне обоих посадила, обеда ждут.  Конечно, хорошо бы Леониду уйти в такой ситуации, то есть намекнуть бы парню… но он столько помогал нам, ох, у меня не хватило совести самой сказать. А сам он что-то не торопится вникнуть в ситуацию…, – добавляет почти шепотом.

– Ясно, – вздыхаю. Меня охватывает еще большее отчаяние от мысли, что может предположить Олег. Снова вспоминаю сцену возле лифта. Я в пижаме, на руках бывшего парня… Архипов может подумать, что я у него ночевала!

– Нужно показать Олегу документы из больницы, – мама словно читает мои мысли. – Объяснить, что тебя оттуда привезли…

– В документах написано, что я беременна, мам. Я не хочу сообщить Олегу это вот так… Как оправдание, наспех. Я хотела, чтобы это был красивый, незабываемый момент, – меня снова душат слезы.

– Детка, не переживай так. Ну что поделать, красивых моментов вашей жизни будет ещё много! Если ты его любишь и не хочешь потерять, надо сказать сейчас все как есть, чтобы он не додумал чего.

– Мам, он уехал и почти не писал, а я ничего плохого не сделала, и ни с кем ему не изменила. Я не буду оправдываться и пихать ему фотографию с УЗИ! Не буду удерживать ребенком!

Теперь чувствую сильную злость, ведь я и правда не сделала ничего криминального! Если Олег любит меня, то выслушает, но наедине, спокойно. А не наспех и при Лёне.

– Ну и упрямая же ты, и глупая, – ворчит мама. – Потому что юная, и не понимаешь, как можно разрушить всё простым недопониманием. Сейчас точно не время для гордости, Яна.

– Мам, пошли на кухню, там же еду ждут. Я помогу тебе накрыть на стол.

– Ты же переодеться хотела…

– И так сойдет, – мне вдруг становится абсолютно все равно на то как выгляжу, да и вообще на все. – И еще раз, прошу, можешь говорить о чем угодно, только не о моей беременности, – предупреждаю родительницу. – Прошу тебя. Мне сначала нужно понять, в какой ситуации с Олегом нахожусь.