Меня парализовало от увиденного. Абсолютно обнаженный Мурат ритмично двигался, а на его рабочем столе раскинув ноги стонала не менее одетая дама. На шее у нее был черный ошейник с шипами, поводок же крепко держал в руках мой супруг. Он периодически увесисто шлепал ее по лицу или более нежным частям тела, на что она стонала и просила еще. Женщине действительно нравилось происходящее. Меня же затошнило. Зажав рот рукой рванула в ванну. Там меня долго выворачивало. Душу разрывало от обиды. Он легко мог найти или купить тех женщин, которым подобные извращения в радость, но он упорно ломал и принуждал меня. Как же я сильно ненавидела его в тот момент.

Вздрогнула от того, что дверь в ванну стремительно распахнули и она ударилась о стену.

— Почему ты дома? — рявкнул Мурат, туго завязывая махровый халат и испепеляя меня своим взором.

— Прием отменили, — глухо отозвалась, вытирая рот рукавом, ловя его брезгливый взгляд. Ему настолько было неприятно мое состояние, что даже ноздри затрепетали.

— Почему не предупредила? — продолжил он свой допрос, нависая надо мной.

— Я вообще-то домой приехала, откуда же я знала, что у тебя здесь веселье в самом разгаре и о том чтобы вернуться домой, я должна предупредить, — бросила насмешливо, поднимаясь на ноги.

— И? — вскинул он брови, наклоняясь ко мне ближе и сканируя своими колючими глазами мое лицо, — Не будет истерик? Обвинений в неверности?

— Нет, — покачала головой, поражаясь его вопросам. Неужели он реально ждал от меня ревности?! — Я так рада, что вы нашли друг друга. Может наконец-то ты отстанешь от меня…

— Я так и думал, — прошипел Мурат, хватая меня за лицо, — Ты чертова бездушная кукла.

— А разве не ее ты из меня делаешь? — поморщившись от боли, спросила ровным тоном. Пальцы его сильно впивались в скулы и щеки, — Или после всего, что вытворял, надеешься на любовь?

— Ты будешь меня любить, — убийственно спокойно выдал Мурат, — Я тебя заставлю.

А мне стало смешно. Видимо всё же гормоны шалили, да и нервы уже сдали. Рассмеялась. Громко и заливисто. Удар. Хлесткий и сильный. Меня оглушило, потерялась, падая на пол. Пыталась сфокусировать взгляд. Инстинктивно прижала руку к животу. Мурат, присев рядом на корточки, наигранно заботливо спросил:

— Больше не смешно?

— Мура-а-атик, — отвратным писклявым голоском пропела блондинка со стола, появляясь в дверном проеме. Она тоже была в халате. На шее ее все так же болтался ошейник, косметика размазалась по лицу, делая ее похожей на потрепанную временем ночную бабочку, — Ты где, мой тигр? — промурлыкала она, с равнодушием глянув на меня.

— Сейчас, — вполне по-человечески ответил он ей. А меня скрутило еще больше от обиды и чувства несправедливости.