Её проворные пальчики уже добрались до полотенца на моих бёдрах, где джентльмен в полной боевой готовности дёргается навстречу призывно распахнутому рту.

Не будь я так загружен, увлёкся бы процессом и не выпускал Алиеву до утра. Но долбанный устроенный цирк никак не выходит из головы.

— Захар, — пищит Саба, когда я, с разгона, тараню её горло. — Осторожнее!

— Да-да, извини, — бормочу, собирая длинные волосы в хвост. — Сейчас…

Невпопад что-то ещё говорю. К счастью, Алиева вновь увлечена процессом и не прислушивается к моему бреду. Надо отдать должное её упорству: к финалу я уже полностью сосредоточен на ней, а спустя час, потраченный на лёгкий перекус, натягиваю её на барной стойке, смахнув стаканы.

Осколки утром уберет приходящая домработница, не до них. Я, бл#дь, реально соскучился по податливому женскому телу и тем ощущениям, которые оно дарит. Даже по хрипловатым стонам Сабы, которые иногда меня раздражают.

* * *— И всё-таки? — Алиева вышагивает по кухне в чём мать родила, отвлекая от изучения скинутых материалов.

Довольно скучная и скудная информация, раздобытая за ночь: детский сад, школа, вуз, подработка. В графе отца прочерк, мать — училка.

Да-да, я не просто выкуриваю одна за одной, а читаю ровные строки досье на Елизавету Александровну Суворову. Курьершу, которой недавно стукнуло девятнадцать лет, и которая по своей же тупости попала в поле зрения бати.

— Захар, — обиженно надутые губы напоминают вареники, — что происходит?

Уже не первый раз Сабина зовёт меня, погружённого в собственные мысли.

Да ну нах… Не верю я, что отец решится на бред под кодовым названием «фиктивная свадьба сына». Не настолько же он двинулся головой, чтобы заставлять…

«К пяти будь дома. Есть разговор», — прилетает в мессенджер, закрывая всплывающим окном часть фоток, прицепленных к собранной инфе.

А нет… Может быть, и конкретно двинулся…

— Слушай, — откладываю все-таки телефон на стол, отодвинув горячий кофе, и ловлю свою девушку, устраивая на коленях.

Утыкаюсь в её волосы и зажмуриваю глаза: интересно, Саба как отнесётся к новости, что мне предстоит жениться? Мы, конечно, о далёком будущем с ней не разговаривали, но что-то мне подсказывает, рада она не будет.

Хотя я не собираюсь ограничивать наше общение. Хочет отец штамп в паспорте на потеху публике? Окей. Тем более, это временная необходимость.

Аккуратно подбирая слова доношу свою мысль до Алиевой. Ожидаю всего, чего угодно: слёз, истерики, обид, ссоры… Но не дикого хохота, от которого Сабина почти съезжает на пол. Удерживаю её на месте, не давая упасть, и шокировано смотрю на непонятное веселье.

— Это чё сейчас было? — озадаченно спрашиваю, помогая стереть выступившие слёзы.

Алиева всё ещё подрагивает от смеха, допивая остывший кофе.