Прикладываю карту к валидатору и занимаю место у окна, с удовольствием рассматривая улицы города. Я люблю осень, но другую. Когда листья красочным калейдоскопом греются в солнечных лучиках, когда воробьишки ловят последнее тепло и купаются в лужах, когда осенние цветы торопятся подарить свою красоту окружающим.

А бесконечные дожди и слякоть не люблю, потому что весь окружающим мир размазывается как плохое изображение за грязным и наспех протертым стеклом.

Чем ближе к центру, тем больше становится людей. Уступаю место старушке, а сама продвигаюсь к выходу. Мама идёт следом, крепко придерживая сумку.

Последнюю остановку еду, практически распластавшись по дверям, и буквально выпадаю, когда они распахиваются. Но грудную клетку больше не сдавливают и это настоящее счастье!

Последний рывок на то, чтобы перейти дорогу. Светофор долго не загорается зеленым сигналом, а когда загорается, одна из машин вдруг вылетает вперед и разворачивается под общий гул недовольства.

«Хорошо, никого не зацепил», — думаю, пока другие ругают незадачливого водителя. Впрочем, тому нет разницы явно, что о нём подумают. Автомобиль паркуется на той стороне дороги, куда идём мы, и замирает в паре метров от пешеходного перехода.

С интересом наблюдаю за ним, так как он мне кажется знакомым. Хотя откуда у меня могут быть знакомые черные автомобили?

Даже не так.

Дорогие черные автомобили не могут быть мне знакомы просто потому, что у меня нет круга общения с подобными людьми.

И с другими тоже нет, а мне бы хотелось идти сейчас не с мамой, а с подругой, весело обсуждая модель или цвет куртки.

— Мам, — поворачиваю голову, — можно выбирать не только серые и чёрные?

— А какие? Светлые быстро запачкаются, — молниеносно прилетает постоянная отговорка.

— Не знаю. Может быть, красная? Или розовая?

Рядом с нами перебегают проезжую часть девчонки в одежде такого цвета. Смотрятся нарядно и весело.

— Нет, Лиза, выделяться плохо. Я бы родителям этих вертихвосток…

Окончание фразы теряется в шуме, но мне оно не нужно. Я и так знаю: выделяться плохо, дружить плохо, верить нельзя и прочее-прочее из длинного списка запретов.

Глава 14

POV Захар Одинцов.

Смахиваю уведомления от входящих сообщений на экране айфона, чтобы не открывать и не отвечать. Успеваю зацепить только несколько слов в ссылках на статьи: отец не угомонится со Слуцким, считая взлёт конкурента итогом спектакля с дочерью.

И ведь умный же мужик! А ведётся… Задолбался объяснять, что далеко не все верят в сказки и следят за ними. Конечно, дело в комплексе мероприятий, направленных на улучшение качества и уровня жизни разных социальных групп.