Главное, чтобы крыша была целой, – я опять вздохнула. Я прекрасно понимала, что дом, оставленный без присмотра, очень быстро разрушается и приходит в негодность.

– Одной ей нужно, посмотри ты на нее, – проворчал дядя Мирон. – Наворотила черте что в своей жизни, а теперь в нору хочет забиться. Ну ничего, Генка на днях приедет, мозги тебе на место вставит, если у меня не получится. Ну, готова? – дядя Мирон так сурово на меня посмотрел, что мне стало страшно.

– К чему? – пискнула.

– К труду и обороне, – припечатал дядя Мирон.

Я хотела было отрапортовать «всегда готова», но вовремя остановилась и уже с подозрением воззрилась.

– А что вы там придумали для меня? – сощурилась на него.

– Что, что, дом проверять. Ты ключи то хоть взяла?

Чччерт. Я виновато посмотрела на дядю Мирона.

– Ясно, – почти сплюнул он от досады. – Ну пошли тогда взламывать замок. Потом новый поставлю.

Он посмотрел на меня, хотел видимо добавить что-то еще, но потом махнул рукой и пошел в сарай за инструментами.

Дом деда встретил поскрипывающими половицами и настороженным вниманием. А еще нежилым затхлым запахом.

– Сейчас первым делом проверим печь.

Сама сможешь разжечь? – покосился на меня дядя Мирон.

Я фыркнула. Не такая я уж и безрукая.

– Дядь Мирон, есть газеты и щепа? А то здесь наверняка все отсырело.

– Сделаем, – кивнул он и вышел.

Вернулся с охапкой старых советских газет и с целым ящиком щепы.

И вскоре я уже разводила огонь в печке, разжигая газеты и следя за дымом. Все оказалось не так уж плохо. Печка не дымила и после прогрева отлично растопилась. Крыша прохудилась только в одном месте, но это было не критично. Дом по-прежнему был крепок и пригоден для жилья. Разве что прибраться, постирать коврики, занавески, перетряхнуть матрасы, одела и подушки и проветрить все.

Но уборку решила отложить. Сил на всё это сейчас не было."

"– Дядь Мирон, я переберусь сюда, хорошо? Правда не хочу вас стеснять. Тем более, Генка приедет, вы же в его комнате меня поселили, – спросила я у дяди Мирона, который в этот момент складывал в свой сундучок инструменты. Замок все-таки пришлось выломать, и он как раз закончил врезать новый.

– Галка, делай так, как тебе будут лучше, – вздохнул он. – Мы всегда рады тебе. Но ты хоть на ужин приходи, у тебя ж шаром покати, – он покосился на меня.

– Завтра в магазин смотаемся, купишь себе все необходимое.

Я в порыве благодарности подскочила к нему и обняла. Он окаменел от неожиданности. Суровый деревенский житель, он давно уже отвык от таких откровенных проявлений чувств. А потом несмело подложил ладонь на спину, приобнимая одной рукой.

– Ну, ну. Чего ты, чего? Эх, Галка ты, Галка, – ласково и как-то смущенно пробормотал он.

– Дядь Мирон, спасибо. Вы даже не представляете, как много с тетей Варей для меня делаете.