Как у великого классика: ах, обмануть меня не трудно, я сам обманываться рад…

За чертой понимания наступает отупение, я сижу в кресле, впервые, как грузный мешок, как основа без костей…

Расплывшаяся фигура… в луже.

Сел в лужу. Лана меня провела, обвела вокруг пальца, а я…

Исчерпав все эмоции, нахожу в себе силы восхититься женой, как ловко она это сделала, как тонкими линиями набросала лишь силуэт, а остальное я дорисовал сам в своем воображении. И не на кого пенять… Некого винить.

Заигрался…

Больше не хочу.

Назад хочется.

В уверенные объятия, разговоры по душам, флирт при посторонних — тонкий, чувственный, о котором никто, кроме нас двоих не догадывался. Общие шутки и горящие глаза напротив. Хочу снова нырнуть в предвкушение, иногда с досадой, ну, когда выдастся свободная минутка, чтобы остаться наедине?

Хочу туда, назад в прошлое.

Почему нет кнопки отмотать назад?

Из размышлений выводит звонок. Я попросил себя не беспокоить, но звонят мне на личный телефон.

Алисонька.

Дочь.

Вот черт, я заставляю себя встряхнуться и даже хлопаю по щекам, чтобы привести в чувство. Я со вчерашнего дня в офисе, тут же и ночевал…

— Привет, па.

— Привет, солнышко. Ну что, как дела? Ты телефон получила, что ли?

— Получила? В смысле? У меня тот же телефон. Я его не меняла. Никто не забирал. Это только бабушка Лена…

Бабушка Лена, то есть моя мама, речь о ней сейчас.

— … вечно забирает телефоны! — жалуется дочь. — Прошлым летом она так делала. Забирала телефоны вечером в девять и говорила: «Отбооой!» Еще перед завтраком, обедом и ужином… Тоже забирал. Отстой. Хорошо, что мы к ней не поехали… И не поедем, да? — спрашивает с надеждой.

— Еще не знаю, а что думает мама по этому поводу?

— Мне кажется, мы не поедем.

— Почему?

— Потому что бабушка Лена вчера маме вечером звонила, и они поругались. Мама долго-долго слушала и была вежливой, но потом, кажется, ее терпение лопнуло… И мне кажется, она нас не отвезет к бабушке Лене после такой ссоры. И хорошо. Я не хочу к ней. И Ванька тоже не хочет. Даже на огороде бабы Нюры и речке в тыщу раз интереснее, чем в музеях!

— Телефон был у тебя, но ты не звонила.

— Потому что ты постоянно занят, и на работе. И тебе нельзя звонить, когда ты на работе. Ты или не отвечаешь, или обещаешь, я перезвоню, солнышко. Но не перезваниваешь. Никогда, — припечатывает меня дочь.

Вот блять.

Я понимаю, как сглупил, когда наорал на Лану, еще и решил, что она запрещает детям мне позвонить.

У нас просто нет такой привычки созваниваться по пустякам. Еще одно яркое напоминание о том, как много я упустил, и что далеко не безгрешен.

— Алис…

— Все норм, я понимаю, — отмахивается дочка. — Вы разводитесь с мамой?

— Я этого очень не хочу.

— То есть мама хочет?

Черт.

— Мы крупно поссорились. Очень крупно, Солнышко.