Я в таверне вся перепачкалась. Не могла же я лечь в постель, не помывшись как следует.

— Я не имею ничего против, Люси.

Себ подошел к двери и погасил свет. Затем вернулся к кровати, лег рядом с женой и тотчас же обнял ее. Когда же он принялся расстегивать пуговички на ее ночной сорочке, она легонько его оттолкнула:

— Нет, Себастьян, сейчас нельзя.

— Нельзя? Но почему?

— Потому что папа и Дасти находятся в соседней комнате. Ты забыл?

— А мы не скажем им, что делаем.

Люси отстранила его руки:

— Нет! Они все услышат. Кровать слишком сильно скрипит.

В этот момент Себ уже не мог остановиться — даже если бы кровать трубила в рожок и выводила мелодию «Жара в старом городе».

— Ты нужна мне, Люси, — прошептал он ей в ухо. — Ты нужна мне сегодня как никогда. Прошу, не отвергай меня!..

— О, Себастьян, пойми, я просто не могу это делать, когда мой папа находится так близко.

Но Себ не собирался спорить.

— Ладно, — сказал он, — мы поступим так, как ты хочешь, но позволь мне хотя бы немного поласкать тебя. Мне хочется тебя ласкать.

Люси не возражала и опустила голову на подушку. Себастьян быстро расстегнул пуговицы и снял с нее ночную сорочку. Когда же он принялся ласкать ее и целовать, Люси застонала — сначала тихо, а затем все громче. Вскоре она уже изнемогала от желания.

— О Господи, пожалуйста, не останавливайся! — прошептала она, выгнувшись всем телом.

Но в этот момент он отстранился от нее и перевернулся на спину.

— Себастьян, что же ты? — прошептала Люси.

— Мне показалось, что кровать заскрипела, — прошептал Себ в ответ и мысленно усмехнулся — он даже не ожидал, что у него получится так складно соврать.

Люси застонала и пододвинулась к нему.

— Может, если я постараюсь, у меня получится сделать так, чтобы она не скрипела? — Люси приподнялась, затем уселась на него верхом. — Вот так, хорошо?

Себ глухо застонал, и Люси, совершенно справедливо истолковав его стон как согласие, начала ритмично двигаться, временами отклоняясь назад и запрокидывая голову.

Наконец, выкрикнув что-то нечленораздельное, она в изнеможении повалилась ему на грудь, и в следующее мгновение, содрогнувшись всем телом, Себ тоже затих.

Несколько минут спустя Люси прошептала:

— Ну как, кровать не скрипела? — И Себ снова солгал:

— Я не слышал ни единого звука.

На рассвете в смежную дверь громко и настойчиво постучали. Люси тут же открыла глаза и протянула руку к халату.

— Какого черта? — пробурчал Себастьян. — Разве дадут здесь хоть немного поспать?

— Я возьму его на себя, — прошептала Люси, на ходу застегивая халат. — Не беспокойся, спи.

Люси повернула ключ в замке и приоткрыла дверь. Отец, стоявший у порога, смотрел на нее с явным беспокойством.

— Папа, как ты можешь? Ты же знаешь, что Себастьян не любит вставать рано.