Наивно было полагать, что я ни о чем не узнаю.

— Это было ради твоего же блага, — помявшись, отвечает он. А меня накрывает волной негодования.

— Трахать мою жену ради моего же блага?! Какое-то извращенное у тебя представление о том, что хорошо, а что плохо!

— Что? — Бриан подскакивает с места. — Я научил ее танцу единения душ. Для того чтобы она была счастлива. С тобой, — помолчав, добавляет: — идиотом.

— Тебе нужен был повод, чтобы полапать ее, — зло усмехаюсь я. — Скажи, в какой именно момент ты успел залезть ей под юбку?

— Мне лучше уйти. Поговорим потом, когда ты придешь в себя, — он направляется к выходу, но я настигаю его и толкаю в грудь.

— Ну и как тебе она? Это как есть объедки с моего стола, — выплевываю ему в лицо.

Он качает головой.

— Ты ее не заслуживаешь. Тебе до нее еще расти и расти.

— А кто заслуживает? Неужели ты?

— Ты не видишь очевидного. Надеюсь, со временем поймешь.

Этот покровительственный тон от младшего брата окончательно выводит из себя.

— Ты оскорбил меня. Давай решим все в поединке.

— Ты не в себе. Я не буду с тобой драться, — он пытается открыть дверь, но я отшвыриваю его в сторону.

— Будешь. По закону сбежать с поединка может только трус. Неужели хочешь такой славы.

Он тяжело вздыхает и объясняет мне, как будто я умственно отсталый.

— Я не спал с твоей женой.

— Но хотел бы.

Я хочу, чтобы он солгал, но он, смотря прямо в мои глаза, говорит:

— Мне нравится, Ясмина. Я был бы счастлив, если бы она была моей женой, но…

Все, что он хотел сказать дальше, уже не важно, я вжимаю его в стену.

— Поединок. Только поединок может решить, кто из нас прав. И отказаться, не запятнав свою честь, ты не можешь.

Глава 11. Поединок

— Я не буду с тобой драться, — упрямо говорит Бриан и складывает руки на груди. — В тебе сейчас говорит слепая ревность.

— Глупости! Ты прекрасно знаешь, что этот брак для меня ничего не значит.

— Остынь. Давай поговорим потом.

— Нет уж. Мы выясним все сейчас раз и навсегда, — подталкиваю его к дверям, он не сопротивляется.

Ничего. Ему все равно придется принять вызов.

По пути бросаю дворецкому, чтобы передали Ясмине, что ей нужно немедленно выйти во двор.

Бриан все еще пытается убедить меня, что я неправ. Но я не хочу его слышать.

Выйдя из дома, Ясмина останавливается на ступеньках, окидывая нас удивленным взглядом. Потом широко улыбается Бриану. Неужели она думает, что ее пригласили на прогулку. Улыбка сползает с ее лица, когда она подходит к нам ближе и ее слабые человеческие глаза наконец-то могут оценить напряженные выражения наших лиц.

— Что происходит? — она переводит встревоженный взгляд с одного лица на другое.