Достала из кармана аварийный маяк, бросила на землю рядом с трупами и побежала за Сейду, ее охота еще не закончилась.

Веласкес вылез из зарослей, когда на полянке остались только трупы. Поднял с земли маяк и забросил его подальше, потом обшарил чужака. Тактическими очками старик не пользовался, но в кармане носил, Павел надел их, осмотрелся, по отдельности очки и шлем работали плохо, но с его улучшившимся ночным зрением – сносно. Забрал пистолет с запасной обоймой и меч. Оружие давало ложное чувство защищенности, но Павел на это не поддался.

Стоило надеть очки, и в поле зрения появились разноцветные точки. Две, синяя и красная, были совсем рядом, Веласкес отошел от китайца, точки тоже немного сдвинулись. Еще две, оранжевая и зеленая, тоже качнулись, Павел приблизил карту, поискал в траве, нашел два пистолета. Швырнул их подальше от себя – оранжевая и зеленая точки ушли в том же направлении.

– Ясно, – сказал он себе, – наши оранжевые и зеленые, чужие – синие и красные. Предположим, что красный – это мертвец, значит, один бегает без маячка. Оранжевая точка тоже только одна, не важно почему. А вот эта зеленая, которая убегает, это Сейду, и она бежит еще к двум таким же. Синяя, похоже, ее скоро нагонит.

Павел подумал было, что неплохо схорониться и дождаться, пока все эти чокнутые маги и непонятные чужаки друг друга перебьют, но вздохнул и двинулся следом за убегающими синей и зеленой метками."

"Сейду мчалась через лес, спотыкаясь и падая. Руки были ободраны до крови, грязь забилась в царапины и кое-как заращенную рану, она пыталась собраться, чужак с мечом напугал женщину до усрачки. Он не убил ее физически, но морально сломал. В убежище было небезопасно, эта тварь, которую она подранила, о нем знала, на берег женщина тоже боялась выбираться: на открытом пространстве она теряла, как ей казалось, возможность подобраться к врагу незаметно.

Как ни странно, ее не преследовали, значит, незнакомка отстала, но надежды на то, что та отступится, не было. Сейду периодически останавливалась и прислушивалась. Стон она услышала, когда в очередной раз привалилась к дереву и замедлила дыхание. Скорее всего, это был кто-то из своих. Сейду прикинула направление, переходя с места на место, и, стараясь не шуметь, двинулась на звук.

Мишель Горовиц сумела остановить кровь. Колени выглядели жутко, особенно то, где садист ковырялся своим ножом, осколки хрящей и обрывки связок торчали из прорехи в штанах. Левая нога выглядела получше, ей Мишель занялась в первую очередь, сформировав тромб в правой. В таком состоянии она могла находиться долго, периодически выводя токсины из поврежденных тканей, но ни на что другое сил не оставалось.