– Не понял?

– В смысле – выглянет или нет.

– Ты про зиловского водилу?

– Да.

– Понял. А в чем фишка?

– Телефон у него остался, я не стал забирать. Замотал слабенько – освободится быстро. У него племяш сегодня дежурит в «Самообороне». Еще вопросы?

– Зачем, вообще, вся эта петрушка с водилой?!

– Сигнал «Самообороне». Мы там управимся за пять минут – что потом будем делать, ждать? Пусть бегом подскочат, пока мы разогретые, отработаем по-быстрому и свалим.

– Ага, понял. А ментам он не звякнет?

– Нет, это не тот случай. В первую очередь он будет звонить племяннику. Я эту публику знаю – родня у них на первом месте.

– Так... А почему нам не поехать с вами прямо сейчас? Пусть развязывается, звонит...

– А потому что если племяш окажется толковым, прежде чем подымать «Самооборону» – возьмет и звякнет в общагу. Атас, подъем, в ружье, на баррикады!

– Понял, – Руденко слегка порозовел. – Все понял...

Последний вопрос можно было бы и не задавать – для такого умника несложно было бы и самому додуматься, почему нужно делать именно так, как сказал Федя.

Да, не каждый день «Легион» участвует в таких акциях."

"Волнуется комиссар.

И оттого соображает не столь быстро, как в обычное время.

Хе-хе... Не один я такой! Вроде бы мелочь, а приятно. Тем более я пока что в порядке, мыслю ясно и четко и в панику не впадаю.

– Ну все, хлопцы. С богом...

* * *Заехав следом за «ЗИЛом» во двор общаги, мы встали слева от крыльца. Борман-Рома посунулись было наружу, Ленка их одернула:

– Сидеть! Сказано же было – «как выйду».

Федя разворачивал «ЗИЛ» кормой к крыльцу, Ленка осматривала камеру – как опытный солдат любимое оружие перед боем, юнги подпрыгивали на месте от нетерпения, желая поскорее ввинтиться в акцию.

А я привычно впал в ступор. Еще ничего не началось, не случилось, но мир, как обычно, вдарил по тормозам и все вокруг, что издавало звуки и двигалось, стало медленно плавать и басовито гудеть.

Да, я не оговорился – именно «привычно». В последнее время такое случается все чаще. И я потихоньку привыкаю к такому состоянию, я могу в таком состоянии работать! Сейчас я тоже не просто так сидел: между делом рассматривал крыльцо. Слева от него окно с решеткой, очевидно, вот эта самая дежурка. Окно отсвечивает, но, очевидно, сейчас на нас оттуда смотрит кто-то из кавказдючих ментов.

– Чего сидим? – тягуче напомнила Ленка. – Звони Сане!

Ах, да – точно. Работать я, конечно, могу, но соображаю не очень хорошо. Я слишком сосредоточен на себе, своих ощущениях, могу упустить кое-какие детали.

Я позвонил Руденко.

– Мы на месте.

– Понял. Едем.

– Не забудь, как будете подъезжать – Валере сигнал.

– Да, я все помню.

И я все помню – молодец я!

– Так, чтобы для тебя не было неожиданностью...