И с 15 мая 1945 года, после назначения бургомистров и образования районных управ, были введены продовольственные карточки. На рабочую карточку берлинец получал в день 600 граммов хлеба, 400 граммов картофеля, 80 граммов крупы, 100 грам-

мов мяса, 30 граммов жиров, 25 граммов сахара, а также 100 граммов кофе, 20 граммов чая и 400 граммов соли в месяц. Дети и иждивенцы получали в день на человека 300 граммов хлеба, 400 граммов картофеля, 30 граммов крупы, 20 граммов мяса, 20 граммов жира и 25 граммов сахара. Нормы были в несколько раз выше, чем в блокадном Ленинграде.

Грузовики у станции появились, едва рассвело. И к великой радости Сергея и солдат, привезли два термоса с кашей, хлеб и консервированную американскую колбасу.

Сергей разрешил сначала поесть. Один термос с кашей достался солдатам на станции, второй отнесли на склад.

Поев, солдаты повеселели, да и Сергей воспрял духом. Не забыли о них в дивизии даже в суматохе наступления. А ведь бывали дни, когда по неделе не видели не только горячей пищи – даже куска хлеба. Выкручивались сами, как могли. В подразделениях иногда держали про запас, на «черный день», трофейные консервы.

Но это в основном танкисты, самоходчики, автомобилисты и артиллеристы. А пехоте куда таскать за собой НЗ? Его или вмиг съедят, чтобы лишнюю тяжесть не носить, или обменяют на что-либо – ту же чистую нательную рубаху или трофейные сапоги.

После завтрака работа пошла веселее. Часа за два нагрузили «Студебеккер», когда на станцию с вагоном прибыли все саперы и отделение автоматчиков. Сергей едва не позеленел от злости.

– Почему самовольно оставили склад? Да я вас всех под трибунал… – он схватился за кобуру.

Негодованию Сергея не было границ. Но краснолицый старшина саперов тут же прояснил ситуацию.

– Товарищ майор! Склад заливает водой. Подступает быстро, за полчаса – по середину голенища. Мы сначала решили, что канализацию где-то прорвало – так запаха нет. Вот и подумали: в туннеле уклон, его быстрее всего зальет, не выберемся тогда.

Вода в метро – дело серьезное.

Сергей спустился на рельсы. Из темного чрева туннеля раздавался глухой шум, очень похожий на далекий шум идущего поезда. Потом показалась вода.

Поток ее становился все сильнее. Грязная вода несла щепки, бумагу, пустые ящики и бутылки – весь мусор, что скопился в туннеле.

Сергей выбрался на платформу.

– Молодец, старшина! Людей увел – это главное. А цен-

ности из подземного склада, да еще и под водой, никто теперь не заберет.

Сергей забрался в танк и по танковой рации сообщил в дивизию обстановку. Там вначале не поняли.

– Какая вода? Колесников, ты что, пьян?

– Никак нет. Вода заполнила туннель, солдаты едва успели выбраться.