Но мужчины говорили, что у меня есть время сделать выбор. Что сроки не поджимают. И мне нужно будет спросить – мы можем пропустить это полнолуние? А ещё одно? Максимально много месяцев, чтобы не делать выбор. Не терять мужчин, которые стали дороги.

– Знаешь, Ди, Влад прав. Ты очень много думаешь.

И Дима отлично находит способ, чтобы меня заткнуть. Обхватывает пальцами щиколотку и прижимается к ней губами. Едва прикусывается косточку, а меня уже простреливает волнами удовольствия. Легкого, незаметного, почти как щекотка, проходящая по возбуждению.

А мужчина не останавливается. Поднимается поцелуями выше, выводя языком узоры. Незамысловатые, простые. Но чем выше поднимается мужчина, тем сильнее колотится сердце. Выплясывает в груди, предавая.

– Дим…

– Да, малышка? Что-то не так? – его язык скользит по внутренней стороне бедра. Выше и выше. Всё замирает от предвкушения. Натянутая струна внутри дрожит и посылает вибрацию по всему телу. – Кажется, тебе нравится.

– Я…

– Ты? Я очень по тебе скучал, Ди, - его дыхание касается моего лона. И звук, с которым мужчина втягивает воздух, просто толкает меня в пропасть. – Ты так маняще пахнешь. Лучше волчьей ягоды и дурмана.

– Дим, я же… Я же была с другим, - выпаливаю, смотря в потолок. Не могу опустить взгляд и высказать всё, что меня волнует. Рассматриваю трещинки возле лампы, чувствуя, как мужчина замирает. – Я приняла душ, но это всё равно… Я…

– Ты маленькая глупышка, Ди, - мужчина оставляет поцелуй внизу живота, царапая щетиной. – Мне плевать, с кем ты была. Меня волнует, что сейчас ты со мной. Влажная, горячая. И так охуительно сжимаешься в ожидании ласки.

– Дима!

– Видишь, малышка, я могу говорить пошлости не хуже Захара."

"Не успеваю спросить, что это значит, как его губы касаются клитора. Резко, вышибая весь воздух. Мягко втягивает, проходя горячим языком. И от этого движения у меня всё скручивает. Вены скручивает, словно раскаленное железо залили. Пустили по телу, превращая в сплошную агонию.

– Дим!

– Не сдерживайся, Ди. Будь громкой. Хочу, чтобы ты кончила так.

Я и не могу сдерживаться. Мое тело не принадлежит мне, оно будто в невесомости, в вакууме. Все чувства стягивают, выкручивают и уничтожают. А Дима делает хуже, раз за разом лаская меня, словно убивает. Толкает к грани, до которой не добраться. Что-то удерживает, не позволяет.

Меня бьёт дрожью, спазмами внизу. Слишком много всего. Его язык, проникающий внутрь меня. Пальцы на бёдрах, которые Дима то сжимает, то ведёт вдоль голени, вызывая новые волны мурашек.

– Я сейчас…

– Давай, малышка. Такая сладкая и вкусная. Лучший нектар.

Он пошлит, убивая меня этим. Забрасывает мои ноги на свои плечи, открывая лучший доступ. И толкается пальцами внутрь, двигая жестко и быстро. С каждым толчком разливая возбуждение.