— Как такое можно забыть?!

Андертон еле успел отскочить от снаряда.

— Рудники!

— А может леди Неверс? — спросила маркиза, зло сверкая зелёными глазами, и запустила в него вторую.

— Миледи! — рявкнул он, отскочив в другую сторону, а потом рассмеялся. — Вы что ревнуете? Но я люблю только вас, моя дорогая!

— Нет!

— Знаете рассказ, который нынче моден? — Велиус наклонил голову и улыбнулся.

— Если вы снова скажете про пиратов, — процедила она. — То я…

— Нет, я про леди, которая теряла свои туфельки.

— Но я не теряла, а хотела, чтобы туфли достали до вашей головы, — ехидно сказала маркиза. — Может, тогда, вы бы догадались, что я чувствовала всё это время.

— Вы, кровожадная плутовка, — рассмеялся Велиус. — И вот знаете, о чём я думаю? Что всё-таки ваш зад напросился на трёпку, и я должен был давно это сделать, и, быть может, вы бы не вздумали от меня сбега́ть.

— Вы не посмеете!

— Да ну? Слезайте, леди, да живее! Я собираюсь сегодня на вас жениться. А потом увезти в Райдеро. И не выпущу из моей спальни раньше чем через две недели, — процедил он. — А если не слезете, клянусь, я вас сам сниму. Только тогда речь священнослужителя и торжественный бал мы пропустим и начнём именно с моей спальни… И Первый, помоги тому, кто решит встать на моём пути.

Она улыбнулась.

— Не слезу, пока вы не скажете мне…

— Что я влюблён? Что буду любить вас вечность? Я буду любить вас, баловать и лелеять. Вы будете заниматься своими цветами, и я даже готов послушать ваши рассуждения про растения… Правда, не бесконечно, и после исполнения супружеского долга. Это ли не любовь, леди?

Нерине засмеялась. Звук колокольчиков наполнил его душу счастьем.

Велиус подошёл ближе и протянул ей руки.

Леди сделала небольшой шаг вперёд, и вместе с волнами сияющей ткани попала к нему в объятия. Герцог сжал Нерине и закружил, а затем коснулся её губ.

Андертон целовал неспешно, словно обещая дарить любовь вечно. Мужские ладони ласкали обнажённую спину, не прикрытую венчальным платьем. Руки Велиуса прижимали хрупкий стан леди так сильно, что с её губ слетел вздох удовольствия.

Кровь герцога горела и быстро бежала по венам, что на миг, показалось: он не выдержит. И если этот поцелуй продлится хоть на минуту дольше — взорвётся. И, наверное, даже поможет леди перебраться через забор, но вместе с ним, а затем больше никогда её не отпустит.

— Вы не сердитесь, Велиус? — Маркиза отклонилась и заглянула в серые глаза, тем самым спасла праздник от его первобытных мыслей.

— Нет, конечно, моя любовь, — тихо сказал Велиус, пытаясь справится с бушующей в крови стихией. — Я должен был вам уделять больше времени, но нужно было разобраться с делами, чтобы мы могли провести побольше времени вместе.