— Может быть, вам известно и кто остальные трое?

— Точно не известно, но… понятно.

— Перекупщики?

— Видимо, да.

— Но потерпевший никому не составлял конкуренции: другой черешни на рынке не было.

— На следующий день появилась. Наше хранилище приняло две машины.

— Так. Заранее знали и держали место. Сегодня она в продаже?

— Разумеется.

— Иду посмотреть, кто торгует. Составите компанию?

За прилавком Панко взвешивает небольшую горку черешни, ссыпает в целлофановый пакет, протянутый покупателем, получает деньги. На ценнике перед ним — «6 руб. 50 коп». — А рядом еще двое с черешней. Ягода чуть покрупнее, на ценнике стоит — «7 руб».

Томин окидывает продавцов пристальным взглядом. Дождавшись, пока покупатель отойдет, обращается к Панко:

— Добрый день.

— Здравствуйте… — Панко машинально оправляет халат и, не зная, что сказать, начинает неумело сворачивать газетный кулек. Томин берет за черешок ягоду, пробует.

— Мм… Красота!

— Хорошая? — интересуется женщина, колебавшаяся, у кого купить — А то мне в больницу.

— Во рту тает.

— Свешайте полкило, — решается покупательница.

Пока Панко «с походом» накладывает черешню, Томин оборачивается к его семирублевому конкуренту.

— А ваша откуда?

— Полтавская, полтавская. Попробуйте, — откликается продавец с подчеркнутым радушием.

— Пресновата будет, — констатирует Томин, после тщательной дегустации и этим авторитетным замечанием побуждает еще кого-то предпочесть Панко. Директор наблюдает с усмешкой.

Томин снова придвигается к Панко.

— Знакомых не видно? — показывает глазами на соседа.

— Нет.

— Ну успеха вам! — И с сожалением говорит директору. — Не те.

— Тех здесь и не будет. Пойдемте, объясню.

Разговор продолжается в пустых рядах.

— Я распорядился, чтобы они убрались с рынка.

— Вот что… Подальше от меня?

— Нет, это дисциплинарная мера. На базаре нравы, конечно, базарные, но четверо на одного — уже чересчур.

— Чисто показной жест. Ваши перекупщики уйдут на другой базар, а те перекочуют сюда!

— Надеюсь. Буду огорчен, если этого не случится.

— Вы… откровенны.

— Оставьте саркастический тон. Перекупщик по-своему нужен.

— Тогда нужен всякий спекулянт, и зря мы их сажаем!

— Давайте поговорим спокойно, инспектор. Рынок — место для торговли, кусок пространства с прилавками. Мой долг, чтобы на это пространство доставляли продукты. Но мне никто не обязан доставлять. Мой поставщик в массе неорганизованный частник, колхозник, рабочий, много пенсионеров. Имеют они возможность сами стоять в рядах?

— Вероятно, не всегда.

— Далеко не всегда! Привезет человек товара на недельную торговлю, а свободен два дня. Да еще рвется магазины обегать, деревенские заказы выполнить. Он охотно сбывает пусть дешевле, но оптом.