Девушка усмехнулась:

— Логичное и правильное решение, — одобрила она и обошла припаркованную машину. Остановилась у водительской двери и взглянула на меня:

— Но тут есть несколько нюансов, Василий Михайлович. Во-первых, Круглов скорее всего попросит вас о помощи.

— Но у меня будет право отказаться, — усмехнулся я. — А второе?

— Наша организация тесно сотрудничает с Синодом, — после паузы произнесла девушка. — Так что если информация от Бориса подтвердится, синодники скорее всего узнают про вашего осведомителя. И то, что вы знаете эту тайну.

Я нахмурился и не ответил.

Открыл дверь, чтобы сесть на заднее сиденье.

Внезапно рядом с Викторией появился парень, которого я успел заметить у крыльца, когда мы пришли.

— Девушка, позвольте вас спросить, — он обратился к моей спутнице, положив руку на дверцу машины.

— Слушаю, — сухо отозвалась Муромцева.

— Ваш сопровождающий использует вас как водителя? Или у вас служебный роман?

От парня разило алкоголем и желанием почесать кулаки. Видимо, он не увидел герба моей семьи, а номера машины не дали понять, кому она принадлежит. Я заметил, как довольно оскалилась моя спутница.

Она была бы только рада размяться. Но я не разделял ее азарта.

— Второе, — заявил я, до того как секретарь успела открыть рот. — Эта девушка использует свое служебное положение, чтобы вынудить меня кататься с ней по городу.

Парень растерялся, очевидно, ожидая другой реакции.

— Но спасать меня не надо. Я рассчитываю, что она пригласит меня в театр. И я потребую, чтобы она купила мне костюм с перламутровыми пуговицами.

— Василий Михайлович, — покачала головой Муромцева. — Какие перламутровые пуговицы? Вам подойдут из янтаря. Я прослежу, чтобы они гармонировали с вашими шнурками.

— Пользуетесь вы своим положением, Виктория Ильинична, — вздохнул я и забрался в салон.

Муромцева же заняла место за рулем, обернулась ко мне и уточнила:

— Куда едем, Василий Михайлович.

— Домой, — ответил я. — И по дороге назначьте, пожалуйста, встречу Круглову. Я сам хочу с ним побеседовать по поводу этого дела.

Девушка кивнула. Завела двигатель, и авто выехало с парковки. Позади остался растерянный парень, которы продолжал смотреть нас вслед.

Глава 11

Хорошо дома"

"До особняка мы ехали в молчании.

Муромцева не задавала вопросов, я же уставился в окно и погрузился в раздумье. Меня не покидала мысль, что это убийство не просто так не дает мне покоя. Холодным умом я понимал, что лезть в подобные дела опасно для здоровья. Потому что «Жар-птицы» образцовый полк, у которого есть свой рекламный отдел. А гвардейцы тринадцатого выступают перед воспитанниками приютов, принимают участие во всяких выступлениях и парадах. Многие герои тринадцатого с плакатов призывают вступать в ряды гвардии для защиты Империи.