– И что с того? Почему генеральша не может быть прокурором?

Действительно, почему?

– Слушай, а ведь это мысль – приударить за Софьей Андреевной, чтобы она случайно или не случайно не выставила Краюшкина перед дочерью в неприглядном свете. Ну и жук этот Леопольд! Степа, ты гений! А где наша Блинова? – мне нестерпимо захотелось рассказать Алине, какие мы со Степой умные. – Ты ее уже видела?"

"– Нет, – мотнула головой Степа. – В восемь часов в ресторане ее не было.

Так получилось, вернее мы сами попросили поместить нас – меня, Алину и Степу – на разных этажах.

Так легче приглядывать за группой. Рядом со мной на этаже проживала Софья Андреевна, Куропаткин и Носовы. С Алиной соседствовали Деревянко, Краюшкин и Славский. Степиными соседями были Антошкины и Шматко. Заходить нам друг за дружкой было не с руки, поэтому вчера мы договорились встретиться на завтраке ровно в восемь часов.

– Может, она до восьми позавтракала, – предположила Степа.

– Размечталась! Скорей всего, она проспала. Алина – жуткая соня. – Только я так сказала за глаза об Алине, в дверь требовательно постучали.

 – Легка на помине.

И точно, за дверью стояла Алина, хорошо причесанная и элегантно одетая. По ее лицу можно было прочесть, как она довольна собой.

Увидев меня в ночной сорочке, она возмутилась:

– Ты еще не одета? Быстро одевайся! Пока будешь одеваться, я расскажу свежие новости. А у меня они такие, – она зацокала языком и закатила глаза, – закачаетесь.

Я обменялась взглядом со Степой – а уж какие у нас новости! Решив попридержать до поры до времени язык, я покорно приступила к одеванию.

Алину буквально распирало от избытка информации.

"

"– Значит так! Пошла я за Антошкиными. Сразу заметила, что и она, и он не в духе – и не потому, что устали или есть хотели. Их волновало отнюдь не банальное чувство голода и не растертые мозоли. Увидев первое уличное кафе, Валентина села за столик. Только Юра заикнулся, что он не прочь бы поужинать в более престижном месте, как Валентина его одернула: «Чем центр Флоренции не престижное место? Садись. Никуда я дальше не пойду. Хочешь есть – ешь, а мне закажи кофе». Юра покорно сел и подозвал официанта.

Я выбрала столик с боку, так, чтобы ни Юра, ни Валентина не смотрели на меня в упор – береженного бог бережет, – и тоже заказала себе кофе с парой пирожных. Пока не принесли заказ, Антошкины молчали. Юра изучал меню, Валентина курила, нервно стряхивая пепел в пепельницу. Официант поставил на стол салат. Антошкин предложил его жене. «Я же сказала, что есть не буду, – в резкой форме отказалась та. – Где мой кофе?» «Сейчас принесут. Ну что ты так злишься?» – словно прося прощения, спросил он.