Капитан собрался выйти из каюты и тут заметил Джека.

— Парень, молись, чтобы твой отец оказался прав: в его руках жизнь этого корабля вместе с экипажем.

Он поспешно вышел за дверь, оставив Джека наедине с отцом.

Джон аккуратно завернул тетрадь в пропитанную маслом клеенку. Подошел к стоявшему в углу рундуку и, приподняв тонкий тюфяк, спрятал тетрадь в потайной ящичек.

— Помни, Джек, это наш с тобой маленький секрет, — заговорщицки подмигнул отец, расправляя тюфяк. — Такие ценные карты нельзя оставлять на виду. Как только прознают, что мы доплыли до Японских островов, станет ясно, что у нас есть карта.

Мальчик промолчал, и Джон озабоченно посмотрел на него:

— С тобой все в порядке?

— Нам ведь до берега не добраться, верно? — прямо спросил Джек.

— Вот еще, непременно доберемся. — Отец притянул его к себе. — Ты же сумел поставить фор-марсель. С такими моряками, как ты, у нас обязательно все получится, — улыбнулся он.

Джек попытался улыбнуться в ответ, хотя в глубине души уже потерял надежду. И по-настоящему испугался — сильнее, чем когда висел на вантах. Еще никогда за время всего изнурительного путешествия его не охватывал такой ужас.

Отец наклонился, заглядывая сыну в глаза:

— Выше нос! У моря вздорный характер, но мне приходилось видеть бури гораздо хуже этой, и я все-таки выжил. И теперь мы тоже прорвемся.

По дороге на полуют Джек старался держаться поближе к отцу: его непоколебимое спокойствие давало надежду в самом безнадежном положении.

— Лучший способ надраить палубу — это попасть в хороший шторм! — пошутил отец, обращаясь к третьему помощнику, который все еще доблестно сражался со штурвалом. Раскрасневшееся от напряжения лицо горело так же ярко, как рыжая борода. — Держи курс на северо-северо-запад. Имей в виду, впереди рифы. Пусть впередсмотрящие глядят в оба.

Вопреки убежденности отца, что они движутся в верном направлении, нигде не было ни малейшего признака земли, и волна за волной продолжали обрушиваться на «Александрию». Уверенность Джека в благополучном исходе вытекала вместе со струйкой песка в песочных часах.

Только после второй склянки послышался крик «Земля!». Весь экипаж охватила волна радости и облегчения. Почти полночи они сражались с бурей, а теперь появилась слабая надежда, что удастся переждать шторм за каким-нибудь мысом и спрятаться в бухте.

Однако вспыхнувшая было надежда быстро погасла.

— Рифы по правому борту! — закричал впередсмотрящий.

И тут же:

— Рифы по левому борту!

Отец Джека принялся отдавать указания третьему помощнику:

— Право руля! Так держать! Держать… держать… держать…

«Александрия» взмывала вверх и падала вниз, в бурлящие волны, обходя рифы и направляясь прямым курсом к темневшей на горизонте земле.