— Помогите! Помогите ради бога! Впустите меня! — отчаянно закричал тоненький голосок: в каюту ломился Христиан. — Нет! Нет! Пожалуйста, не надо…

Под дверью лихорадочно заскреблись. Что-то мягкое с негромким стуком упало на пол. Послышался жалобный стон.

Джек подбежал к дверям. Пальцы дрожали, и он уронил ключ, прежде чем сумел вставить его в замок. Трясущимися руками все же открыл дверь, держа наготове отцовский кинжал.

Христиан ввалился в каюту: в животе у него торчал короткий метательный нож. Теплая и липкая кровь залила пол.

Джек втащил друга в каюту и сорвал простыни с койки отца, чтобы остановить кровотечение. И тут услышал, как вскрикнул отец. Джек решил пока оставить Христиана в каюте и пошел навстречу теням, прячущимся в темноте.

6. ЛихорадкаДжек закричал от невыносимой боли.

Еще не рассвело, но в темноте ослепительно вспыхнул белый свет.

Вокруг звучали чужие, непонятные голоса.

Над ним склонился какой-то мужчина — с лицом, наполовину покрытым оспинами и ужасными шрамами. Как ни странно, мужчина смотрел на Джека с искренней заботой. А потом протянул к нему руку.

У Джека вся рука, от кисти до плеча, вдруг словно пламенем вспыхнула. На лбу выступили крупные капли пота. Задыхаясь, он попытался вырваться из тисков нестерпимой боли, однако сознание стало расплываться, а тело точно повисло в воздухе над соломенным тюфяком…

Джек стоял на полуюте.

Отец что-то кричал. Вокруг, прямо друг на друге, лежали мертвые и умирающие моряки. Покрытый кровью, Джон Флетчер сражался как лев. Его окружили сразу пятеро нападающих — одетых с головы до ног в черное, только для глаз оставлена единственная прорезь. Джон крутил над головой шлюпочный якорь, не давая им подобраться.

Один из пиратов бросился на Джона."

"Штурман резко ударил якорем вниз и попал в висок нападающему. Раздался тошнотворный треск… одна черная тень рухнула на палубу.

— Ну давайте же! — рявкнул отец. — Может, вы и привидения, но все-таки смертные, как все люди!

Еще двое призрачных воинов ринулись в атаку. Один был вооружен ужасающего вида лезвием на цепи, а другой быстро вращал две маленькие косы, однако им так и не удалось подойти поближе. Нападающие кружили вокруг Джона и ждали, когда он выбьется из сил.

Джек не мог двинуться с места: от страха ноги словно приросли к палубе. Он никогда в жизни не использовал нож в битве! Дрожащей рукой мальчик поднял отцовский кинжал, собираясь с духом, чтобы нанести удар.

И вдруг одна из теней бросила сверкнувшую в темноте звездочку…

Свет ослеплял. Джек прищурился на солнце. Он весь горел, в голове шумело. Тупая боль пульсировала в левой руке. Он лежал, не в силах пошевелиться, и смотрел на потолок из полированного кедра.