— И вот так будет значительно лучше, — резко приподнимает руку вверх к моей голове и вынимает из волос заколку. И все так же бесцеремонно принимается расправлять мои распущенные волосы.

— Не трогайте меня! — бью его по рукам, скорее от злости на саму себя за то, что в очередной раз глупо себя повела.

— Характер, равно как и язык, надо показывать вовремя и к месту. Пойдем потанцуем, потом поедешь домой ну или куда ты там собиралась.

— Шутите? — резко поворачиваюсь к нему лицом. — А то, что я в таком виде, вас не смущает?

— Меня не смущает, более того, сейчас ты выглядишь значительно лучше, чем было до.

А учитывая, что ты у нас модель, то должна понимать, что сбегать — не лучший вариант при любом раскладе. Кстати, раз уж так вышло, вот тебе урок номер два.

— Я не нуждаюсь ни в каких уроках!"

"— Все в них нуждаются. Если окажешься в такой же ситуации, только с реально плохим дядей, то надо не просить, оправдываться и прятаться в импровизированном домике, а надо бить. Только с умом, а не в пах. Последнее мужчин очень злит. Можешь не рассчитать и ударить как попало, а на деле получишь обозленного человека.

Бить надо — не в прямом смысле, то есть не использовать физическую силу, а всего лишь ум и знание нескольких точек. Запоминай, София, — берет мою ладонь и притягивает к своей шее. — Нажимаешь указательным и средним пальцем вот сюда. Сильно и в течение нескольких секунд. А затем резко убираешь пальцы. Собеседнику будет очень плохо. Запомнила? — нет слов. Просто одни звуки!

— Мне продемонстрировать на вас?

— Это бессмысленно, я окажусь быстрее, чем ты, просто потому что знаю, что ты будешь делать. Могу показать еще несколько точек, но ты сейчас вряд ли настроена на адекватное восприятие большого количества информации.

Поэтому думаю стоит отложить до лучших времен. Пойдем, чего тебе даром портить репутацию длительным нахождением с мужчиной в одном туалете, — забирает галстук и кладет его в карман брюк. Приоткрывает дверь, пропуская меня вперед.

Выхожу первой из уборной под косые женские взгляды. Где вы раньше, блин, были?

— Ты про танец помнишь?

— А если откажусь, то что?

— Я обижусь. А обиженный мужчина — это плохой мужчина. Пойдем, — берет меня за руку и ведет в середину зала.

В принципе, о моем фиаско знает только он, а в центре внимания я люблю быть. Почему бы и не потанцевать, особенно, когда взгляд падает на мою любимицу. Почему-то Левиной никто не указывает, когда приходить. Она может спокойно опаздывать и, судя по всему, одеваться как хочет.

— Как думаешь, что отличает модель от обычной девушки? — неожиданно спрашивает он.

— Тупость? — брякаю первое пришедшее на ум. — Вы же так думаете?

— Нет, я так не думаю. Уверенность в себе. У тебя ее — нет.