Людей, страдающих такого рода болезнями, сравнительно немного — для белой расы их распространение не превышает 1% населения, причём заметно варьируется между этносами (например, тирозинемия 1-го типа исключительно редка среди народов, населяющих Россию, но вот среди французов, эмигрировавших в Канаду, доля больных превышает среднероссийскую почти на два порядка). Редкое заболевание, вкупе с такими поисковыми признаками, как рост, вес, возраст, татуировка на левом предплечьи, невыделительство, аномально маленький размер полового органа представлялось сочетанием если и не уникальным, то во всяком случае хорошо распознаваемым.

Насильник из восточного Сакраменто, будучи человеком очень неглупым, прекрасно это понимал. Поэтому его намерение скрыть наличие необычного заболевания хорошо объяснимо. Скажем так: было бы странно, если бы преступник не предпринимал в этом отношении никаких мер.

Как и всякий человек, страдающий хронической болезнью, преступник знал какими лекарствами и в каких дозировках его лечили прежде. Поэтому он вполне мог заниматься самолечением — это, кстати, сулило и немалую экономию денег! Зачем ходить по врачам, тратить деньги на консультации и дорогостоящие анализы, если можно сразу отправиться в аптеку и купить все нужные лекарства. Именно самолечение с использованием гормональных препаратов могло дать столь неприятный и даже унизительный для насильника побочный эффект, как импотенция. Внимательный читатель помнит, что в конце 1977 г Гиена несколько раз попадал в неожиданные для самого себя ситуации, когда он имел возможность осуществить половой акт со связанной жертвой и даже пытался это сделать, но… покидал место совершения преступления не солоно хлебавши. Самолечение гормонами также хорошо объясняет разброс в описаниях веса и комплекции насильника, который присутствует в показаниях того времени, данных потерпевшими и свидетелями.

То обстоятельство, что к началу 1979 г правоохранительные органы, наконец-то, получили возможность заняться проверкой перспективной версии об эндокринном заболевании насильника, потенциально сулило прорыв в расследовании.

г) Участие в нападениях одновременно двух человек.

Ещё в книге I высказывалось предположение об объединении в образе Гиены двух человек. Напомним, что первые серьёзные основания для версии «два в одном» появились после февральских событий 1977 г — нападения на Патрисию Лейсер и ранения Родни Миллера. В обоих случаях свидетели видели в непосредственной близости от мест преступлений двух мужчин, описания которых совпадали. На подозрения о действиях двух преступников, демонстрировавших практически идентичный набор поведенческих стереотипов, наводили и показания потерпевших.