Тот ушёл из двора в направлении полосы отчуждения, т.е. туда, откуда и явился. Пройдя мимо опор ЛЭП, преступник преодолел несколько дворов, расположенных южнее полосы отчуждения, и вышел в конечном итоге на Пэйн-вэлли-роуд. Там он появился в 04:45 — его, перелезающего через забор, увидел 17-летний юноша, возвращавшийся домой после гулянки. Место, где насильник вышел на Пэйн-вэлли удалено от дома Уолфер на 350 м, т.е. довольно далеко, что заставляет предполагать, что место преступления он покинул не в 04:40, а раньше. Гиена спокойно двинулся по Пэйн-вэлли, удаляясь от места совершения преступления, и его через некоторое время встретил ещё один житель района.

Это место встречи оказалось удалено от дома Уолфер уже на 900 м. Из всего этого можно было сделать двоякий вывод — преступник стал оставлять автомашину очень далеко от места нападения, очевидно, из страха оказаться внутри оцепленного полицией периметра вместе с автомашиной. Но если он действительно этого боится, значит, тактика правоохранительных органов верна, и имеющееся в их распоряжение описание довольно хорошо соответствует оригиналу. Стало быть, оптимальная тактика задержания насильника должна сводиться к максимально быстрому перекрытию путей отхода от места преступления и дотошному «просеиванию» всех подозрительных лиц и автотранспорта.

Правда, сами потерпевшие считали, будто преступник уехал на автомобиле — на эту мысль наводил звук мощного автомобильного мотора, появившийся почти сразу после исчезновения Гиены. Машина начинала движение, потом глохла, потом звук мотора возобновлялся… Так повторялось несколько раз. Можно было подумать, что сидевший за рулём человек путался в педалях, но поскольку сложно было представить, что взрослый американец не умеет управлять автомашиной, дело, по-видимому, заключалось в неотрегулированности клапанов.

Это выглядело, конечно, подозрительно, но правоохранители довольно быстро разобрались с таинственной автомашиной.

Выяснилось, что примерно в то время, когда насильник убегал с места преступления, сосед Уолферов пытался уехать на работу. Свою автомашину он накануне сдал в автосервис для проведения ремонта, а со взятой на подмену возникли проблемы.

В общем, к преступлению глохнувшая автомашина отношения не имела.

Проведенное утром 28 октября судебно-медицинское освидетельствование потерпевших показало, что они не имели телесных повреждений, явившихся следствием побоев или применения грубой силы. Ущерб физическому здоровью сводился к продолжительному сдавливанию конечностей шнурками и связанными с этим неприятными последствиями — нарушению кровоснабжения тканей, возможный некроз, отёчность, возникновение крайне болезненных ощущений и т. п.