Это знание настолько поразило меня, что невольно рассмеялась и перестала сопротивляться.

– Неужели вы наконец поняли, что представляют собой уроки любви? – опустив руки на покрывало, выдохнула я. – Все-таки решили стать моим первым мужчиной?

Глава четвертая

– Первым мужчиной? – замер визитер. – Как такое возможно?

В этот момент мне остро не хватало зрения! С удовольствием бы глянула в наглую рожу третьего покровителя! Мало того что посмел напасть, так еще удивляется моей невинности! Словно он не с воспитанницей Ордена Магнолии дело имеет, а с портовой шлюхой. Как жаль, что даже пощечину не дать! Смелости хватит, а вот с прицелом – проблема.

Лорд ждал ответа, мне же хотелось поскорее спихнуть его с себя. Слишком тяжелый.

– Все воспитанницы пансионата сохраняют невинность до восемнадцати лет, – с трудом дыша, пояснила я. – И вы не могли об этом не знать!

– Разве вы еще несовершеннолетняя? – искренне изумился мужчина, даже не делая попытки встать. – Тогда что вы делали в Красном Доме?

Я поперхнулась воздухом. Нет, каков нахал! Обвиняет меня в том, что все еще являюсь непорочной девой!

«Что делала? Что делала? – мысленно передразнила покровителя… – Приговора ждала!» Тот день сразу всплыл в памяти…"

"На улице перед воротами пансионата собрали всех девушек, которые не имели покровителя. Нашего появления уже ждали три запряженные лошадьми кареты с плотно зашторенными окнами. Мне довелось ехать в компании директрисы в четвертом, ее личном экипаже, потому что воспитанницы наотрез отказались путешествовать со мной и тем более сидеть на одной скамье. И тому было несколько причин. Нет, обыкновенно меня попросту не замечали. Нахожусь рядом или нет, никого не волновало. Но в день смотрин я расстаралась на славу: натерлась в каморке конюха мазями в несколько слоев, смазала маслом волосы, чтобы пряди висели нечесаной паклей, а также не менее часа гуляла по конюшне, и, конечно, запах навоза пропитал не только одежду, но и кожу.

Да, такого сестра Антония никак не ожидала. Поэтому вместо положенных трех часов, которые она должна была посвятить моему внешнему виду, увидев меня, чинно дожидающуюся в назначенной комнате в положенное время, хлопнулась в обморок.

В глубине души я радовалась, мямля нечто невразумительное, пока меня полчаса отмывали в ванне. Да только все равно не отмыли. Запах, пусть и не настолько резкий, остался. Волосы по-прежнему смахивали на драную мочалку. Кожа, несмотря на прилагаемые усилия, а по сути яростное трение, даже не покраснела. В итоге локоны собрали в пучок и накрыли безобразной серо-зеленой шляпой. В тон моему платью.

Как я выдержала облако из духов и благовоний – не знаю. Думала – задохнусь, не сходя с места. Но и эта мера ни к чему не привела.