Под “внешними самоподсказками” я имею в виду действия, запущенные одним полушарием и воспринятые (через один или несколько типов ощущений) другим полушарием. Это, в свою очередь, позволяет другому полушарию инициировать подходящий ответ. Вы поражаетесь, когда видите это впервые.

Это простое, казалось бы, наблюдение выявляет серьезную проблему для тех из нас, кто пытается понять, как мозг работает. Как дальше станет понятно, многие исследователи считают, что мозг состоит из десятков, если не тысяч, модулей. Модуль – это локальная специализированная сеть нейронов, способная выполнять уникальные функции и адаптироваться либо эволюционировать в ответ на внешние требования. Модули работают независимо, но каким-то образом координируются, чтобы сообща формировать поведение. Представьте себе город с сотнями различных независимых организаций. Вместе они, однако, выполняют все, что нужно для того, чтобы город нормально функционировал и казался единым целым. Как все эти модули координируются, остается загадкой. С годами я понял, что один из механизмов, благодаря которым модули образуют единое целое, – это обмен подсказками, обычно вне сферы осознанного понимания. Самоподсказывание, происходящее в изолированном “говорящем” полушарии, имеет место всегда, и мы были свидетелями применения множества различных стратегий. В описанном выше случае мозг собирал простейшие тактильные подсказки, а затем эта информация сопоставлялась с ограниченным набором вариантов, состоявшим из двух предметов, для получения правильного ответа. Это лишь одна из стратегий.

Но я забежал вперед.

Первые съемки: на заре понимания различий между левым и правым мозгомИдей о том, что нам стоит изучить, становилось все больше. Сначала мы быстро и с легкостью брались за каждую из них, по крайней мере начинали исследования в нужном направлении. Хотя Сперри, без сомнения, этими исследованиями интересовался, тогда они еще не захватили его внимания полностью. Как я уже упоминал, он был невероятно занят другими своими выдающимися проектами. Словно финансист, он поставил на небольшую компанию, где я был исполнительным директором, и ждал от нее стабильного дохода. Он продолжал пристально следить за ходом исследования, почти ежедневно встречаясь со мной для обсуждения результатов, но одновременно умел держать и дистанцию. Боген написал в своей автобиографии так:

Вскоре случилось много всего. Вначале Сперри не был так уж заинтересован. Он думал, что просто даст мне и Газзаниге возможность провести эти эксперименты. Но после второго пациента Сперри стало очевидно, что все, что можно сделать на обезьяне, при тестировании людей получается гораздо быстрее. Его интерес существенно возрос[52].