Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке
Обложка книги «Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке»

Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Майкл Газзанига

(0)

В этом творении Стивена Пинкера и Майкла Газзаниги, читатель отправляется в невероятное путешествие через разные стороны нашего мозга. Истории из разных полушарий мозга объединены вместе, создавая живую атмосферу нейронаук и открывая мир внутреннего мира человека. Чтение этой книги будет как вздох свежего воздуха в затяжном дожде — проникающий и захватывающий, он раскрывает невидимые механизмы нашего разума.

О книге

Майкл Газзанига, один из самых авторитетных нейробиологов XX века, рассказывает о своей фундаментальной работе по изучению невероятной пары – правого и левого полушарий. Один из отцов когнитивной нейронауки описывает, как зародилась революционная теория расщепленного мозга, когда правая и левая его половины после разъединения начинают функционировать независимо друг от друга и проявляют совершенно разные умения. Газзанига убежден, что популярное представление, будто наука делается гениями-одиночками, неверно. Его истории показывают человеческое лицо науки: ею движет дружба, она результат многочисленных социальных взаимодействий между самыми разными людьми, зачастую происходящих вне стен лабораторий и кабинетов.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Обустроиться мне помогал один из аспирантов Сперри, Чарльз Хэмилтон, который вскоре стал моим лучшим калтеховским другом. Он настоял, чтобы я жил в Доме Пруфрока. К тому времени дом приобрел невероятную известность благодаря своим жильцам, закатываемым там вечеринкам, да и всему остальному. В число соседей Чака по комнате, уже украсивших своим присутствием арендованный двухэтажный дом, входили Говард Темин, впоследствии получивший Нобелевскую премию за свои прорывные исследования вирусов, и Мэтт Мезельсон, который вместе с Франклином Сталем поставил один из наиболее известных экспериментов во всей молекулярной биологии[13]. Когда я въехал, там жили Сидни Коулман и Норман Домби, два физика-теоретика – один учился с Ричардом Фейнманом, нобелевским лауреатом и прославленным популяризатором науки, а другой учился с Марри Гелл-Манном, еще одним нобелиатом, автором термина “кварк”. Коулман в итоге сделал выдающуюся карьеру в Гарварде и стал известен как “физик физиков”.

Вечеринки на выходных в Доме Пруфрока были иного калибра, чем вечеринки в “Зверинце”. На одной из них появился Ричард Фейнман. Перед уходом он подошел ко мне и сказал: “Можете расщепить мой мозг, если гарантируете, что после этого я смогу заниматься физикой”. Смеясь, я сказал: “Гарантирую”. В мгновение ока Фейнман протянул мне обе руки, чтобы скрепить договор!

Маргарет Мид однажды отметила, что думала, будто все мужчины Калтеха считают главной частью женщины пупок, ведь голую женщину они видели только на развороте журнала “Плейбой”. Она отзывалась об учащихся в Калтехе очень резко, и студенческая газета в апреле 1961 года упрекала ее за это:

Во вторник вечером при полном аншлаге доктор Мид обсудила проблему “Дилеммы студента колледжа: четыре года сексуальной неопределенности”. Отпустив несколько колких замечаний в адрес калтеховцев, присутствовавших среди слушателей, она рассмотрела культуру, в рамках которой живет Калтех, и некоторые возможности развития. В этой культуре, по словам доктора Мид, принято считать, что секс совершенно обязателен для здоровья. Такое отношение привело к ранним бракам, которые, согласно доктору Мид, несовместимы с максимальным развитием умственных способностей. В ее речи подразумевалось, что калтеховцам стоит жениться значительно позже или даже не жениться вовсе[14]."

"Таинственное обаяние студенческой жизни Калтеха существует и сейчас, и оно отражено в телесериале “Теория Большого взрыва”.

В мою бытность аспирантом я свел знакомство со множеством студентов, многие из которых остаются моими близкими друзьями по сей день.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив