Источник счастья
Обложка книги «Источник счастья»

Источник счастья

Полина Дашкова

0/10

В Москве 1916 года, на четвертом этаже новенького дома на Второй Тверской-Ямской улице жил доктор Миха́ль Влади́мирович Све́шников — профессор с уникальными способностями. Его репутация складывалась из множества загадочных слухов: от его способности оживлять покойников до превращения в черную собаку или белую мышку и знания, как жить на двести лет. В доме царил атмосферу тайны и сомнений, но несмотря на все слухи, пациенты и коллеги верили в его мудрость и исключительные способности.

О книге

Полина Дашкова

Aa
Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
Ширина текста
Уже
Шире

Вечерами, с восьми до девяти, она садилась за рояль в гостиной и играла, даже если слушать, кроме глухой няньки, было некому.

С фронта приходили дурные вести. Но казалось, всем наплевать. Патриотический подъем осени и зимы четырнадцатого давно сменился равнодушием. В феврале началось генеральное наступление немцев на Западном фронте. Шли отчаянные безнадёжные бои под Верденом. Французское и итальянское правительства требовали помощи. Россия честно выполняла союзнический долг.

18 марта 1916 года русские войска двинулись на Запад. В боях на Двинском и Виленском направлениях потеряли 78 тысяч человек. Общество было больше занято сплетнями о Распутине, спиритическими и гипнотическими опытами, скандальными уголовными процессами, ставками на бирже.

В воскресенье Таня спала весь день. В понедельник сходила в гимназию, вечером опять была в госпитале.

Рядовой Иван Карась был ещё жив. На стуле возле его койки сидела маленькая сухая старушка. Таня застыла на пороге палаты. Старушка сняла повязки с культёй. На тумбочке стоял какой-то грязный горшок, старушка смачивала в нём тряпицы и обкладывала открытые раны.

— Что вы делаете? — крикнула Таня.

— Не кричи, дочка, мне доктор разрешил.

— Какой доктор?

— Самый лучший, — подал голос Карась, — профессор Свешников Михаил Владимирович.

— Вы ерунду говорите, не мог он вам разрешить, не мог! Сейчас же прекратите!

— Успокойся, Танечка, — сказал отец, когда она нашла его в соседней палате, — это плесень гниющего иссопа. Знаешь такое растение? Оно даже в Псалтири упоминается: «Окропи меня иссопом, и буду я чист; омой меня, и буду белее снега»."

"— Знаю, — буркнула Таня, — но только иссоп не растёт в Палестине, и значит, в Псалтири говорится о каком-то другом растении.

— Умница, — профессор погладил её по голове, — библейский иссоп, то есть езов, — это на самом деле каперсы, или чабёр из семейства губоцветных. В древности верили, что это растение очищает от проказы.

— Папа, хватит! Ты же не тёмная бабка, ты знаешь, что плесень — это грязь. Это негигиенично.

— Танечка, это ты всё знаешь о медицине, а я чем больше занимаюсь ею, тем яснее чувствую ничтожность моих знаний. — Михаил Владимирович вздохнул и покачал головой. — В древнейшем египетском медицинском папирусе Смита приводятся рецепты лечения гнойных ран хлебной и древесной плесенью. Это шестнадцатый век до нашей эры. В народной медицине плесень используют уже несколько тысяч лет, и у нас, и в Европе, и в Азии. Иногда она помогает. Как, почему — неизвестно.

Глава третья

Кроме ресторана «Жетэм» и серебристого спортивного «Лаллета», который стоил около миллиона евро, Петру Борисовичу Кольту принадлежала ещё дюжина ресторанов в Москве, Петербурге, Праге и Ницце. Рестораны были его хобби.

Подборки для вас

Комментариев к этой книге пока нет.
Ваша оценка книге (ставится вместе с отзывом)
Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив