Чарли сходил на кухню, проверил замоченную траву, вернулся к себе. Вдруг так захотелось потрогать ее. Просто коснуться и постараться вновь пережить их ночь, постараться хоть на секунду забыть, что Алис, возможно, сожалела о ней. Просто вдохнуть ее запах и вспомнить. На цыпочках, осторожно, Чарли прокрался в ее комнату и опустился на колени рядом с кроватью. Спящая Алис казалась невероятно красивой, расслабленные черты придавали ее лицу выражение той самой детской наивности, которое отличало девушку раньше, когда Чарли с ней только познакомился, и которое он так и не смог обнаружить сейчас, как бы долго не наблюдал.

Изменилось не только лицо, но и тело Алис. Сейчас она стала ещё женственнее, желаннее. Предел его мечтаний. «Такая красивая. Моя красавица», - нежно подумал он. И аккуратно, дрожащей рукой провел по ее щеке, а Алис улыбнулась во сне. Тогда, в доме ее бабушки, она сказала «да», и остальной мир прекрати существовать.

Теперь Чарли изменился, он стал взрослым, прошедшим войну и повидавшим многое. Сейчас бы он все сделал иначе, она бы никуда от него не делась. На тех фотографиях, что показывали сестры, она казалась намного счастливее, чем Чарли видел когда-либо.

И в тот единственный раз, когда ему наконец разрешили связаться с ней, и у нее был шанс помочь ему, она оказалась слишком занята другим мужчиной. Ладно, не важно. Не важно! Он уже столько раз переживал все это, что сейчас уже почти не реагировал. Еле коснулся ее губ фалангой указательного пальца. Как же хочется почувствовать тепло ее тела. Боже. От одной такой перспективы Чарли почувствовал возбуждение, пришлось поправить штаны. Если бы он на секунду увидел себя со стороны, то очень удивился бы и точно не обрадовался. Извращенец. Столько мыслей в голове. Он мог сейчас быстро сплести несколько трав, поджечь в комнате, и она бы не проснулась, чтобы он не делал. Внизу живота жестоко заныло. Следующей мыслью было признание собственной ущербности. Моральный урод, подонок. Правильно, что она тебя бросила, нашла себе мужика, не стонущего над кроватью со спящей девушкой. Чарли улегся на полу и прикрыл веки, слушая ее дыхание. Если бы не украшения Сатари, он бы мог почувствовать биение ее сердца. Это было бы чудесно. Он раньше до безумия любил эти еле различимые звуки. И в ту ночь, в их ночь, после того, как она уснула, Чарли до утра не сомкнул глаз, обнимал девушку, слушал и наслаждался. Он тогда уже знал, что уедет, но не знал, куда и на сколько.

Боль! – осознание этого ощущения, как ничто другое, способно вытеснять из головы любые мысли, заполняя собой, провоцируя дополнительный выброс адреналина в кровь, насыщая мышцы небывалой силой. Потому что нет ничего важнее настоящей цели, природа позаботилась. А цель эта - выжить.