Мои коллеги, знакомые стояли сейчас и лучезарно улыбались пламенной речи Зула, в которую я не вслушивалась. Магистр сделал все, чтобы моя продажа выглядела, как добровольное пожертвование… Ну, то есть, «подложничество». Ушлая Воржева легла под врага, чтобы империя северных смогла жить спокойно в условиях изменившейся политики. Мне дадут медаль? Кажется, нет…"

"Ступая рядом с Миром, я собирала на себе весь спектр взглядов, как раньше камешки-заговорники в лесах Карелии. Коллекция сразу же получалась занимательной: были тут непонимающие, пара сочувствующих, но в основном я видела осуждение, неверие и зависть… Я прямо читала эти мысли бегущей строкой в их глазах: «А Воржева в Карелии даром времени не теряла». И ведь большинству невдомек, что зверям обычные женщины даром не нужны, ну разве что поразвлечься… Мирные союзы из-за них никто заключать не будет.

Лишь бы Валеры не было здесь…

-18-

Атмосфера лицемерия цвела вокруг подобно северному сиянию, что расплескалось за окнами. Зул сидел за нашим столом, вел с Карельскими деловые беседы о политике, вплетая в них ключевые моменты сотрудничества: возвращение филиала нашего института в Сортавалу, который ""вдруг"" закрылся на бессрочный ремонт полгода назад, упрощение получения ведовских виз в Карелию, получение трех мест в собрании правящих вместе с правом голоса… Я замечала, что больше отвечал Мир, оставляя Кириллу второстепенные вопросы. Зул периодически бросал на меня проникновенные взгляды, но я их избегала: продал, так что уж теперь переживать?

Я предпочитала смотреть на Мира. Со мной он был не таким, здесь — настоящим правящим. Прямым, острым и холодным. Зул пытался расслабить его какими-то сторонними темами, Мир срезал его на ходу, возвращая в русло сухой деловой беседы. Хотя, зная Магистра, скорее, можно было предположить, что он просто проверял своего союзника. Я видела, как довольно он кривил губы после каждого раунда. А Мир периодически окидывал хмурым взглядом гостей и еле заметно неприязненно кривился.

— И, кстати, Аня теперь могла бы стать главой ведов у тебя… — заметил Магистр как бы невзначай. — Если решишься на это, я приму ее кандидатуру…

Я даже не успела испугаться умелому вплетению меня в политику.

— Давишь, Зул, — холодно отметил Мир. — Я не с потрохами продался, а лишь пошел на уступки. Ведовскую службу мы еще не ввели…

Неожиданно стало так тошно, что замутило по-настоящему.

— Мне надо в туалет… — выдавила я и бросилась в уборную, стараясь не смотреть ни на кого.

Но стоило нависнуть над раковиной, хватая ртом воздух, за мной следом влетел Мирослав. В два шага оказался рядом и, обхватив руками со спины, прижал к себе.

— Аня… — тихо выдохнул на ухо, а мне и вправду стало так хреново, что начала бить крупная дрожь.