Она видела, как доктор и генерал едят кашу, запивая ее грогом, слышала разговор о весенней распутице, раненых и запасах провианта, но все это пролетало у нее над головой. Еда. Горячая, вкусная, возвращающая силы каждым глотком. Сначала горячие струйки внутри устремлялись только к желудку, потом обогрели тело и в последнюю очередь достигли головы. Вот в этот момент что-то внутри щелкнуло, как замок на шкатулке, и Эжени осознала – она жива. Ранена, но жива. Замок захвачен войсками короля. Чужого короля. Его ультиматум прочитали у ворот в первый день осады. Если бы Лайессы сдались, их ожидала бы ссылка в дальнее поместье, и только. Но лорд, услышав это, лишь хмыкнул и сказал:

– Мы предпочитаем умереть быстро, чем заживо гнить в глуши!

Кто же знал, что его слова станут пророческими?

Девушка вздрогнула, отгоняя болезненные воспоминания, и подняла глаза за мужчину в домашней куртке, невозмутимо вкушающего кашу, словно изысканное блюдо. Генерал Вейж. О нем в Пограничье ходило много слухов. Поговаривали, что в его жилах течет драконья кровь, и он не проиграл ни одной битвы. Что там он обещал в случае сопротивления? Мужчинам – кандалы, позор в столице Гарада, лишение званий, публичная казнь. Женщинам – монастырь строгого устава.

Эжени хмыкнула. Знал бы король, сколько приходилось работать воспитаннице леди, не пугал бы монастырем. Впрочем, сейчас ее жизнь и судьба в руках генерала Вейжа. Захочет – отправит в монастырь, как женщину рода Лайесс. Захочет – объявит не членом семьи, а приживалкой и оставит себе как игрушку. Или отправит в столицу, чтобы ее судьбу решил король. Судя по тому, как бережно солдаты обошлись с замком и слугами, генерал Вейж планирует оставить земли себе. Значит, и ее тоже?

Девушка задумалась, глядя в котелок, и доктор ее тотчас окликнул:

– Как себя чувствуете, миледи? После длительного голодания лучше не спешить с едой. Позвольте, я поставлю бульон в камин, сегодня вам можно только его и немного теплого вина для восстановления крови…

Генерал молча налил в кубок грог и придвинул к Эжени. Девушка вцепилась в тяжелое серебро и спрятала лицо, сделав глоток. Не умеет она быть невозмутимой, как леди Лайесс. Лучше выпить сладкого вина, притупляющего боль в боку, и подумать. Хорошенько подумать!

Глава 4

Перевязку лекарь устроил, когда Эжени практически уснула за столом. Генерал сам переместил девушку на диван и отвернулся. Выходить не стал и попросил лекаря поторопиться, скоро, мол, офицерский совет. В ответ лекарь хмыкнул и посоветовал перевести даму в отдельную комнату – и леди спокойнее, и ему сколько угодно времени на перевязку. Но Вейж мрачно на него глянул и процедил сквозь зубы:

– Леди – заложница. Ее люди все еще здесь.