Это не обычный мороз – в нём есть что-то противоестественное, почти потустороннее.

Рильда направляет сани вниз по склону, прямо к ней. Звёздочка всхрапывает, мотает головой, пытается остановиться, но хозяйка что-то успокаивающе шепчет ей и настойчиво понукает двигаться дальше.

Страх ползёт по спине холодными щупальцами. Что будет, когда мы окажемся в этом тумане? Может ли обычный человек выжить в таком холоде? А младенец?..

Я в панике смотрю на свёрток в руках. Малыш, словно почувствовав моё состояние, открывает глаза. Его взгляд, обычно такой доверчивый и спокойный, наполняется страхом. Крошечное личико морщится, и через мгновение тишину разрывает громкий плач.

— Тише, маленький, тише, — шепчу я, прижимая его ближе и пытаясь согреть своим теплом.

Но как я могу успокоить его, если сама едва сдерживаю дрожь? Этот туман – не просто природное явление? Вдруг мы замёрзнем насмерть, пытаясь пересечь его? Образ маленького тела, скованного льдом, вспыхивает в сознании, заставляя меня содрогнуться.

— Рильда, — мой голос дрожит. — Может, стоит поискать другой путь? Этот холод... он какой-то неправильный.

Сани неумолимо приближаются к стене тумана, и каждый метр даётся всё тяжелее. Дыхание превращается в колючий пар, ресницы покрываются инеем. Малыш продолжает плакать, и в его крике мне слышится не просто испуг или недовольство – а настоящий, первобытный страх.

— Проклятье! Ты же сама настояла на этом пути! — в голосе Рильды звенит плохо скрываемый страх. — Я предупреждала тебя о тумане! Говорила, что это безумие — пытаться пройти через неё с младенцем. Но ты была так уверена! Твердила, что это единственный способ, что у тебя всё продумано...

Она дёргает поводья, заставляя лошадь остановиться. В наступившей тишине особенно отчётливо слышен плач ребёнка и свист ледяного ветра. До стены тумана остаётся не больше сотни шагов.

— А теперь что? Струсила? Думаешь, у нас есть выбор? Если вернёмся – Кристард убьёт нас обеих!

— Я не Элена! — слова вырываются сами собой. Я хватаю её за руку, чувствуя, как по щекам катятся слёзы, мгновенно превращающиеся в льдинки. — Я не знаю, что она планировала! Не знаю, о чём вы договаривались! Я даже не знаю, кто я такая!

Рильда застывает, вглядываясь в моё лицо. В её глазах мелькает что-то похожее на узнавание, сменяющееся ужасом понимания.

— Что ты несёшь? — шепчет она. — Как это не Элена?

— Я очнулась в лесу. С ребёнком на руках. Звучит как бред, но я… не из этого мира! Я жила там, где есть машины, самолёты, интернет! Никаких драконов и магии. У меня там даже ребёнка нет. Единственное, сходство — имя. Там меня зовут Лена. Елена. И всё. Простите, я должна была сказать раньше, но боялась… Ещё и дракон этот… В моём мире их нет!

Хозяйка отшатывается от меня, как от прокажённой.