Прижать к себе малыша и успокоиться.

Прислушиваюсь, пытаясь разобрать топот детских ножек. Но в доме стоит полная тишина. Как такое может быть?

Паника захлестывает с новой силой. Спазм сковывает горло от ужаса.

А вдруг Сашульку выкрали? Пока Слава тут строит из себя заботливого друга, Ренату с моим сыном могли вывезти тайком.

Дикий план. Но когда-нибудь Ростислав останавливался, не достигнув цели?

Рывком подскакиваю с кровати. От слабости темнеет в глазах. А все тело обдает жаром, на смену которому приходит липкий противный пот. Хватаюсь рукой за угол шкафа. Пальцы цепляются резную деревянную филенку.

А в горле застревает вязкий ком.

– Влада Николаевна, – раздается над ухом обеспокоенный голос Игоря. – Нельзя так резко.

Рука доктора ложится на талию. И тут же рядом слышится резкий окрик.

– Игорь… Убери руки от моей женщины.

Распахнув глаза, натыкаюсь на темный взгляд Ростислава.

– Влада?

Моментально оказываюсь в коконе крепких заботливых рук.

– Ты чего так перепугалась? – усмехается он. – Прыгаешь, как заяц.

– Мне нужно к сыну, – выставляю локоть между нами.

– Пойдем провожу, – кивает совершенно спокойно.

И прижав меня к себе, целомудренно целует в лоб.

В душе обрывается последняя надежда устоять. Обойти десятой дорогой этого человека. Забыть о нем.

Навсегда! Навсегда!

– Температуры нет, – важно заявляет Градов. И взяв меня за руку, ведет в соседнюю комнату, где на полу, застеленном резиновыми плитками, мой сын сосредоточенно собирает пирамидку.

– Вы только посмотрите на нашего маленького умника! – восторженно восклицает Рената и добавляет со знанием дела. – Обычно детки к двум годам только собирают правильно.

– Так, то обычные, – самодовольно тянет Ростислав, будто сам воспитал гения.

Хозяйским жестом убирает волосы с моего лица и тихо шепчет.

– Хочешь, проведем весь день вместе? Я отложу сотовый, честное слово. Никаких вопросов и выяснений. Ради Саши…

Вот это наглость! И этот человек ставит мне условия, прикрываясь моим же сыном?

Обалдело всматриваюсь в улыбающееся лицо и словно рыба ловлю воздух губами. Перебираю в голове массу дерзких фраз. Нужно поставить на место этого хама. Но слова будто застревают в горле.

И я, не успев совладать собой, поспешно киваю.

В глубине души кляну себя за малодушие. Но ничего не могу поделать. Когда Слава рядом, мои мозги расплываются в кисель.

Только к концу дня мне удается обрести равновесие. А когда уложив Сашульку спать, Градов уходит к себе, выдыхаю с облегчением.

Слава богу! Теперь есть время подумать.

Усевшись за рабочий стол, пытаюсь сосредоточиться. Нужно позвонить Черкасовым. Но у меня уже сил не осталось.

В виски молоточками стучится боль. А лицо горит словно опаленное.

Нужно уехать. Свести к минимуму общение с Градовым.