И сам Градов человек сложный… Вот как с таким жить?

«Да тебя никто никуда не зовет!» – напоминает здравый смысл сварливым теткиным голосом.

За стеной стихает вода. Вздрагиваю от наступившей тишины.

– Ой мамочки! – подхватываюсь с постели и бегу к шкафу. Наспех натягиваю платье на голое тело и стринги. Собираю волосы в пучок.

– Ты готова? – мой любимый мужчина зависает в дверях. – Пойдем. Нас ждут.

Черкасовы!

Будто сваей ударяет по голове.

Сейчас все кончится. Кончится. Марк и Галина настроены решительно. Они уж точно не простили Славе его мерзкую выходку.

А пойти против них я не решусь.

Черкасовы – моя единственная опора. И потерять их уважение не могу. Славка ненадежный товарищ. Сегодня поет о любви и предлагает купить трамвай. А завтра выкинет, не задумываясь.

– О чем задумалась, зайчона? – обнимает сзади Ростислав. Осторожно касается губами волшебной точки за ушком. До сих пор помнит, гад! Или все женщины устроены одинаково…

Не успеваю ответить, как в кроватке слышится сопение и тоненький плач.

– Мама тут, Сашулька, – срываюсь с места. Беру на руки сына. Самое дорогое мое достояние. Глажу по спинке, гася жалобное всхлипывание.

Малыш укладывает головку мне на плечо и неожиданно хихикает.

Повернувшись в пол оборота кошусь на Градова, расплывшегося в улыбке.

Я пропала. Кажется, эти двое кажется обожают друг друга.

Любовь с первого взгляда? Вот только чем это аукнется? И если своим глупым сердцем я могу распоряжаться, как вздумается. Снова отдать его на растерзание Градову или залить непробиваемой глыбой льда, то с ребенком все обстоит иначе.

Он не игрушка, чтобы там себе не надумал наш великолепный папаша.

– Пойдем, Влада, – легко обнимает за плечи Слава.

 – Маркус там уже извелся наверняка.

– Пойдем, – обхватываю покрепче сына. Делаю неуверенный шаг вперед. На свой собственный эшафот.

– Не бойся! Все будет хорошо, – шепчет мне на ухо Ростислав и добавляет с усмешкой. – Я узнавал!

51. Ответь мне, Влада

Ростислав

В гостиную мы вплываем процессией. Впереди идет Влада, а следом я с сыном на руках.

– Что вас принесло в такую рань? – недовольно интересуюсь у родственников.

Марк раскинулся в кресле, закинув ногу за ногу. Старается казаться спокойным. Вот только пальцы выбивают резвую дробь по разлапистому велюровому подлокотнику.

И слегка дергается коленка. От чего тонкая брючина с идеальной стрелкой слегка дрожит. Почти незаметно. Но я просекаю моментально.

Нервничает братец. Интересно, почему?

– Ты совсем охренел, Слава, – вздыхает Маркус, констатируя непреложный факт. – Мы с Галочкой вроде тут хозяева…

– Да я тоже не погулять вышел, – огрызаясь, подхожу к дивану. Собираюсь опустить Санька. Но Галина, улыбаясь сквозь слезы, тянет к ребенку руки.

– Или ко мне, солнышко.