— Вы знали, что он причастен к покупке «Беатрис»?

— Конечно. Так вот почему вы здесь в таком виде?

Она улыбнулась.

— В каком?

— Не в таком, в каком бываете на станции.

Бет похлопала его по руке и прошла мимо.

— Я не всегда ношу джинсы. Увидимся завтра.

— Что это значит? — не отставал он.

— Что именно?

— Как вы это объясните?

— А почему я должна вам что-то объяснять?

Данк вздохнул.

— Простите за любопытство, но я оставил вас на станции одетой в свитер, перепачканной в опилках и едва не занявшейся со мной любовью прямо на верстаке. Я уезжаю на ланч, чтобы немного очухаться, и застаю вас сногсшибательно одетой, стоящей на крыльце яхт-клуба, смеющейся и держащейся за руки с парнем, который обращается с женщинами так же легко, как я с фанерой.

Бет вспыхнула.

— Я пожимала ему руку, а вовсе не держалась за нее. Мы заключили деловое соглашение. — Она оглядела себя. — А что, я действительно сногсшибательно одета?

— По сравнению с вашими обычными нарядами… Так что это было, свидание за ланчем по местному обычаю?

— Никакого ланча. Ваш клубный ресторан вообще закрыт до начала нового сезона. — Это «ваш» заставило его сморщиться. Тем временем Бет открыла дверцу пикапа и уселась в кабину, не слишком скромно задрав юбку. — До завтра.

— Так вы не вернетесь на станцию?

— В таком виде? Нет. Через час мне предстоит снова встретиться с Челфи.

Она повернула ключ зажигания. Данк почувствовал, что, если он немедленно не сделает шага в сторону, Бет проедет по его ногам.

— Я не знаю, какого черта вы замышляете, но послежу за этим парнем…

— Забавно. Я только собиралась намекнуть, что вы работаете у меня на станции, а он сам заговорил об этом.

12

На следующее утро Бет, жуя печенье и запивая его кофе, направлялась к бухточке, на берегу которой стояла станция. Там никого не было, кроме местного рыболова Джеффа Стоуна, выгружавшего свой улов с кормы небольшого суденышка. Ветер кончился, и вот-вот должен был пойти дождь.

Элизабет не обращала на это внимания. Мысли ее все еще были заняты Данком и его неожиданной реакцией на то, что произошло вчера днем. Бет пыталась понять, польстило ей его поведение или раздосадовало. Она могла бы сказать, что потратила на это почти девятнадцать часов, но ей и в голову не пришло считать, сколько времени Данк ей снился, а сколько не давал уснуть. Какие счеты? Она пыталась заняться делом, но мало преуспела в этом.

Прекрати немедленно, говорила она себе. Подходя к ангарам, Бет решила, что ей следует чувствовать себя польщенной. Казалось, Данк Хаммел испытывал что-то вроде ревности. Ревности к кому, на каком основании?

Да еще не родилась на свет та женщина, которую Хаммел вздумал бы ревновать!"

"Элизабет невольно посмотрела на ангар и пустое место, где обычно стояла его машина.