— Я никогда не говорил об этом, Кассандра. Никто об этом не знает, ни мои сыновья, ни даже Куинн.

— Уильям, ты не должен мне это рассказывать.

— Ты моя спутница жизни, ты имеешь право знать, почему у меня бы союз с другой, — не зная, что на это ответить, она молчала.

— Мы познакомились, когда я был в Аннаме, на Кариниане. Ее отец владел ресторанчиком рядом с базой. Мне было двадцать пять, и я был чертовски самовлюбленным. Я только сошел с моего первого трех цикального тура и думал, что непобедим. Ей было двадцать четыре, и она была самым прекрасным созданием, что я когда-либо видел.

Каждый мужчина ее хотел. Я не был исключением, — Уильям погрузился в прошлое и не замечал, как реагировала Кассандра.

— Мы были вместе, когда я был не на дежурстве. Через месяц она сказала мне, что забеременела. Она открестилась от моего заявления, что я принимал сок Оллели. Мы соединились в течение недели. Тогда мне пришлось уехать на шесть недель. Когда я вернулся, то не беспокоился о соке Оллели, так как она уже зачала. Пять недель спустя, она сказала мне, что беременна, — от шокированного вздоха Кассандры, он, наконец, посмотрел на нее, заметив напряженный взгляд и неподвижное тело.

— Она солгала тебе.

— Я сам позволил себе лгать. Есть разница. Я знал, что был на соке Оллели, но не задавал ей вопросов. К тому времени, как она созналась, она зачала Лукаса, и это не имело значения. У нее все еще был мой ребенок.

— Таким образом, ты остался.

— Да.

— Я так понимаю, что этот сок Оллели — это какой-то тип контроля над рождаемостью?

— Контроль над рождаемостью?

— Приняв его, ты не можешь сделать женщину беременной.

— Да, это ответственность мужчины.

— Действительно? На Земле это была в основном обязанность женщины, так как это она беременела… зачала.

— Где тогда находятся мужчины?

— Там, если хотят быть с ними.

— Не похоже на наших мужчин.

— В чем-то ты прав. Но это тело женщины. Она сама имеет право решать, что происходит у нее внутри, — Уильям посмотрел на нее.

— Вот во что ты веришь?

— Да. Вы можете контролировать ваши тела соком Оллели. Почему женщина не имеет права делать то же самое? — Уильям просто смотрел на нее, а затем продолжил."

"— Вскоре после Лукаса у нас появился Кайл. Салиш осталась с ребятами на Кариниане.

Она хотела оставаться рядом со своей семьей.

— Они не ездили с тобой в тур?

— Нет, — бросив взгляд на кровать, он убедился, что Виктория все еще спала.

— После одного продленного тура я вернулся домой и обнаружил, что от нашего союза ничего не осталось, кроме наших сыновей. Поэтому мы пришли к его завершению.

— Я сожалею, Уильям, — это поразило его.

— Почему ты сожалеешь?

— Потому, что тебе все еще больно, — она наклонилась, чтобы положить руку на его щеку. — Ты думаешь, что потерпел неудачу.