Приняв ее, она наблюдала за ним, когда вставала, его взгляд следовал за водой, что стекала по ее телу. Сжав талию своей любимой, он поднял ее через край и прижал ее мокрое тело к себе.

— Уильям… — она положила руки ему на плечи.

— Шшшш…

Наклонившись, он накрыл ее губы в благоговейном поцелуе, когда его рука скользнула по ее гладкой коже. Его пальцы разжигали огонь, где бы они ни касались, застонав, она скользнула языком между его губ, чтобы подразнить его рот, приласкать язык. Сжав его плечи, она потянулась к нему, нуждаясь в нем.

Вот она… та, которую он искал всю свою жизнь, ради которой он пожертвовал бы своей жизнью. Она его спутница жизни, он — ее. Она носит в себе его сына. Она для него все. Разорвав поцелуй, Уильям посмотрел в эти глаза. Эти глубокие, ясные голубые глаза, которые позволили ему увидеть ее душу. Они как всегда впустили его, только его. Прямо сейчас они расфокусировались, дав ему знать о ее желании к нему, только к нему.

— Ты нужен мне, — прошептала она.

Подняв ее на руки, Уильям отнес девушку в постель. Кассандра начала гладить его рубашку пальцами. Она расстегнула ткань, и ее руки прильнули к его голой коже, чтобы ласкать массивную грудь и скользить по широкой спине, когда Уильям прижал ее к кровати, кожа к коже.

— Уильям, — Кассандра выгнулась, чтобы почувствовать его больше.

Оставляя дорожку поцелуев вниз по ее шее, Уильям уделил внимание ее груди, ее полной и красивой груди, он дразнил ее, пока вершинка не стала твердой, затем переместился к другой вершинке.

Кассандра потерялась в ощущениях, что он вызывал в ней, заставляя ее задыхаться. Как она могла жить без него? Ее освобождение было так близко, а он едва прикоснулся к ней. Он единственный, кто мог сделать это с ней, сделать так, чтобы она получила все: чувствовала себя в безопасности, защищенной.

Ее руки двинулись вниз и занялись его брюками, найдя под ними его восставшую плоть. Освободив ее, она направила его к своему входу. Подняв голову, она смотрела, как он входит.

Она была горячей, влажной и мягкой. Ее глаза пылали, давая ему знать, что она хотела больше, больше его. Ее глаза светились желанием, когда она обхватила его ногами вокруг бедер, притянув его ближе, домой. Вот что это — дом, она всегда будет его домом.

Приподнявшись над ней, он скользнул руками под ее бедра, зафиксировав ее так, чтобы она была под прямым углом, чтобы доставить удовольствие им обоим, и, установив медленный и глубокий ритм толчков, — это не будет быстрым соединением, это будет одним из удовольствий, полным нежности, желания и преданности. Преданность друг другу на самом глубоком уровне, пока желание не возьмет над ними вверх, и они не найдут удовольствие вместе.

* * *Она еще дрожала, когда запыхавшийся Уильям упал на нее, удерживая свой вес на руках.