Да он взвоет от счастья, на руках тебя носить будет и просить добавки. Только не переборщи. В следующий раз надень это бельё только через время, к примеру, через пару недель, затем вообще через месяц. Увидишь, один только вид тебя в этом «чуде» будет действовать на него, как лампочка на собачек Павлова.

Нина хихикала, как глупенькая школьница, но по её взгляду я поняла, что она сегодня же предстанет перед своим Володей в обнове.

– Ладно, фантазируй, – сказала я, – потом расскажешь.

– Вот ещё! – отрезала Нина и снова покраснела, смущённая скорее своими мыслями, нежели моими словами.

«О-о, – подумала я, – в этом омуте ещё те бесики водятся».

* * *На следующий день пришёл Илья.

Теперь, когда Нинка вышла замуж и съехала к мужу, я осталась полноправной и единственной хозяйкой в своей комнате.

Я провела Илью к себе в комнату и предложила:

– Выпьешь чаю? Или ещё чего-нибудь?

– Потом, – ответил он и подошёл ко мне. – Боже, как я по тебе соскучился. Почему ты не приезжала так долго?"

"Он обнял меня и поцеловал. Его поцелуи и раньше-то не сильно меня волновали, а теперь, после того, как в моей жизни появился Витя, поцелуи и прикосновения любого другого мужчины были для меня неприятны, и даже болезненны.

Я с трудом выдержала его влажный, торопливый, такой неопытный поцелуй. Зато Илья распалился не на шутку. Он крепче прижал меня, продолжая целовать влажными губами моё лицо и шею, и подвигая к дивану, в то время как в бедро мне упёрлась его горячая напрягшаяся ширинка.

– Илья, ты чего, перестань, – говорила я, пытаясь утихомирить его. – Мы же не одни дома, родители могут войти в любой момент.

Но он не слышал моих уговоров и увещеваний.

Он был на пике возбуждения.

– Соня, я так тебя хочу, – повторял он, продолжая подталкивать меня к дивану. – Я тебя прошу, давай хоть минутку. Никто не войдёт, мы успеем. Посмотри, что ты со мной делаешь. Милая моя, любимая, я столько ждал тебя, что не могу больше. Я хочу тебя прямо сейчас.

Я поняла, что дело безнадёжно. Илья был похож на обезумевшего от возбуждения жеребца с дымящимся пенисом, готовый извергнуться прямо здесь.

– Хорошо, – сказала я, – только тихо. Отпусти меня и сядь на диван, расстегни штаны, а я проверю, чтоб никто сюда не шёл.

С этими словами я выглянула за дверь, убедилась, что родители в своей комнате перед телевизором, и прикрыла плотно дверь. Краем глаза я видела, как Илья лихорадочно трясущимися руками расстегнул джинсы и спустил их, высвободив свой раскалённый докрасна пенис. Затем присел на диван, охая и постанывая.

Я вернулась к Илье, чмокнула его в губы, подмигнула и нагнулась к нему, присев на корточки. Едва я коснулась его губами, он вскрикнул, и я зажала ему рот свободной рукой.