– К тому же, я думаю, они догадываются о наших планах, поскольку мы с недавнего времени усилили охрану наших офисов и помещений, постоянно гоняем по командировкам в разные страны.

– Это хорошо, – вздохнула я. – Не люблю владеть секретной информацией.

– Не забивай свою милую головку всякой ерундой, малыш."

"Я поморщилась, как от вкуса горечи. Виктор заметил это.

– Ты чего? – спросил он. – Что-то не так?

– Да, что-то немного не так, – сказала я. – Если тебя не затруднит, пожалуйста, не называй меня этим дурацким словом «малыш», или «мася» и тому подобное. Ужас какой-то.

Я снова поморщилась.

– А что, с этим какая-то проблема? – удивлённо спросил Виктор.

– Да никаких проблем. Просто, когда ты говоришь мне «малыш», у меня возникает ощущение, что ты просто забыл моё имя. Нет, это, конечно, удобно, называть всех своих подружек «малышами», проще и легче, нежели запоминать их имена. Но я очень тебя прошу, не называй меня так. Есть, конечно, множество ласковых слов и милых прозвищ, но в первую очередь, у меня есть моё имя.

– Ты просто прелесть, когда злишься, – весело ответил Виктор.

Я взглянула на него и увидела, что в его глазах пляшут весёлые огоньки.

– Почему ты смеёшься?

– Потому что ты чудо. И ты мне нравишься, София, – он сделал ударение на имени.

Я встала с кресла и подошла к нему. Мартини уже сделал своё дело: я полностью раскрепостилась. Я взяла из руки Виктора стакан и поставила его на столик. Затем я развязала пояс и сняла халат, бросила его на пол перед собой. Глядя в глаза Виктору, я опустилась перед ним на колени, как раз на брошенный халатик, и развела руками его ноги в стороны, чтобы плотнее приблизиться к нему самому.

Виктор с интересом наблюдал за мной. Его пенис продолжал находиться в полу-расслабленном состоянии. Тогда я положила обе руки ему на колени и стала массировать внутреннюю поверхность бёдер, медленно подвигаясь выше. Он дрогнул и напрягся. Я наклонилась к Виктору и поцеловала в шею, затем плечо, грудь, стала спускаться к животу, продолжая одной рукой массировать уже у самого паха. Его возбуждение постепенно нарастало и, когда моё лицо практически встретилось с моей рукой, он был уже полностью готов: его пенис гордо возвышался перед моим лицом.

Я отстранилась, чтобы глянуть на Виктора, и увидела, что всё это время он с упоением наблюдал за происходящим. Глаза его потемнели от возбуждения. Он улыбнулся самым краешком рта. Я облизнула губы и наклонилась вниз, где меня уже с нетерпением ждали… Виктор откинулся на спинку дивана и унёсся в мир наслаждения.

Эта ночь длилась бесконечно долго. В голове всё смешалось: время, пространство, обстоятельства, люди. Мы предавались сексу до самого рассвета, как будто в нашей жизни это было впервые.