Мир перед глазами Грейс закачался, она охнула. Ни о чем не думая, она обхватила герцога руками за шею, чтобы не упасть.

— Отпустите...

Она сдавленно вскрикнула, когда Хантер понес ее к кровати. Мокрая простыня, хоть как-то прикрывавшая ее, слетела и громко шлепнулась на пол.

Грейс удивила Хантера: она крепче прижалась к нему и спрятала лицо у него на плече. Что-то она бормотала, но слов было не разобрать. Вероятно, ее шокировало происходящее. Ну, ему все равно пришлось бы снять с нее простыню перед тем, как лечь в постель, — не спать же ему рядом со свертком мокрого белья!

— Не переживайте из-за простыни, герцогиня, — успокаивающе произнес Хантер и положил жену на кровать. Эту задачу упростила горничная, которая задолго до того позаботилась раскрыть постель. — Здесь лучше, чем в ванне, разве нет? Сухо!

Жена перекатилась на бок, что-то сердито бормоча себе под нос. Хантеру открылся восхитительный вид безупречной кожи на спине и ягодицах. Грейс тут же постаралась натянуть одеяло на нижнюю часть тела. Бабушка часто говорила, что из Грейс вырастет редкая красавица. «Все дело в породе», — говаривала старушка, хотя в то время Хантер не очень к этому прислушивался.

Теперь, обвенчавшись с Грейс, он не мог не радоваться своей удаче. Хантер протянул руку, собираясь погладить ее по спине. Хотелось убедиться, что ее бледная кожа нежнее шелка. Грейс быстро повернулась к нему лицом, сверкая глазами от гнева.

— Конечно, я ваша жена, — ядовито проговорила она. — Однако я заслуживаю большего уважения. Не нужно таскать меня по комнате, словно плетеную корзину!

Хантер запрокинул голову и от души расхохотался, забыв, что это опасно делать в присутствии разъяренной женщины. Они с друзьями не раз попадали в переделки из-за своего отменного чувства юмора.

— Уж поверьте мне, герцогиня, — сказал он, потирая ушибленный бок, — даже будучи пьян, я способен отличить голую женщину от корзины.

Грейс натянула одеяло выше груди.

— Не могу передать, насколько я рада тому, что у меня такой способный муж. — Ей удалось произнести эту фразу высокомерным тоном, хотя она, обнаженная, сидела на кровати, прикрытая одеялом.

К тому же оно не так уж ее и закрывало. Хантеру удалось неплохо ее рассмотреть, и теперь он не мог дождаться мига, чтобы приступить к приятному занятию, а не только восхищаться ее красотой. Ему хотелось всю ночь гладить ее нежную кожу, запоминая каждый изгиб тела. Скоро он языком распробует ее самые чувствительные места и вдохнет ее неповторимый аромат, понемногу возбуждая и свою жену. А потом, когда он лишит ее невинности и покажет, что ожидает ее после некоторых неудобств, он услышит ее тихие стоны — она постигнет радости супружеского ложа.

Пора.