Его дыхание на волосах… Что это? Это на самом деле происходит? Я боялась пошевелиться. Вдруг пошевелюсь, а он опомнится и отойдет? Пусть стоит. Как хорошо рядом с ним…

«Он только друг мне. Только друг…»

Мы стояли и смотрели на снежные картины. Вдвоем во всей вселенной. Он вдруг привлек меня к себе, обнял.

– Кора…

– Что, Ран? – губы меня едва слушались, а сердце билось так сильно, что казалось мне громче слов.

– Ты только помни, что я никогда не хотел бы тебя обидеть…

Совсем не те слова, которые я надеялась услышать. Такие странные слова. О чем он вообще?

– Я знаю, – прошептала я. – Только не ты.

Ран прикоснулся губами к моей макушке. Поцелуй был таким же легким, как если бы снежинка опустилась на мои волосы. Поцелуй друга? Или?..

Я почти не чувствовала под собой ног. Внутри все дрожало. Ран, что же ты делаешь со мной… Как мне все это понимать?

– Я провожу тебя. Ты совсем замерзла – вся дрожишь.

Но я отрицательно покачала головой:

– Еще минутку постоим…

Снежинки превратились в крошечные танцующие пары, которые плавно кружились в воздухе. Сейчас их танец закончится, и надо будет идти.

Глава 14

Праздник Примирения

Когда выпадает первый снег, мы отмечаем праздник Примирения. Это немного грустный, но в то же время радостный праздник. Он означает, что мы, стихийники, будто бы заключили перемирие с бестиями, отложили битвы до весны. Можно отдохнуть. Нас, студентов, даже отпускали на неделю по домам, чтобы мы могли побыть со своими семьями. Значит, завтра с утра отец создаст огненный портал и придет за нами, чтобы забрать в родовой замок.

Но, честно говоря, покидать Академию совсем не хотелось. После ссоры с Фростом я могла представить все, что ожидает меня дома. Старший братец обязательно нажалуется родителям на мое непослушание. А ведь они сто раз повторили, чтобы я слушалась Фроста так же, как их. И если раньше, возможно, удалось бы уговорить отца разрешить мне участвовать в эксперименте, то после такого вопиющего случая непослушания и речи быть не могло. К тому же после всех попыток разбудить мою магию еще в детстве, думаю, родители окончательно во мне разуверились.

Так что от поездки домой я ничего хорошего не ожидала. Так и представляю себе первый наш совместный ужин в честь праздника: родители читают мне нудные нотации, Фрост сидит довольный и надутый, как индюк, а сестры и Димер старательно смотрят в тарелки, будто в жизни не ели ничего вкуснее жареных цыплят. Вот такой отличный праздник.

Я вздохнула: хочу я этого или нет, но надо собираться.

Такие невеселые мысли крутились в голове в тот момент, когда Ран провожал меня в корпус огневиков. Я молчала, но он даже не пытался меня разговорить и, судя по его сосредоточенному лицу, тоже о чем-то усиленно размышлял.