Неужели токсикоз начался?

Сосед-следователь вытаращил на нее изумленные глаза:

– Какой токсикоз? Ты что…?

– Ну да. Потому и уезжаю в Москву. К мужу поближе. Прямо не знаю, как мне все эти дела закончить. В больницу бы не попасть. Пойду, наверное, сегодня к Исакову, попробую еще раз его разжалобить. Да какой из меня сейчас работник, ну ты сам подумай! Голова болит, мутит, спать все время хочется. Веду допрос и плохо понимаю, что мне говорят. По десять раз одно и то же переспрашиваю.

– Конечно, сходи, – поддержал ее коллега. – Исаков нормальный мужик, говнистый, конечно, но такие вещи понимает.

У него самого трое детей.

Еще через час по коридорам пронесся слух, что Образцова беременна и ей удалось уговорить начальника отпустить ее прямо сейчас.

Еще через полтора часа Татьяна умирающим голосом заявила своему соседу по кабинету, что ей нужно съездить к врачу. Она уже надела пальто, когда на ее столе зазвонил телефон.

– Танюша, здравствуй, – услышала она голос Насти Каменской. – Сильно занята?

Татьяна украдкой бросила взгляд на коллегу, который сидел за своим столом, уткнувшись в бумаги.

– Частично, – осторожно ответила она.

– Слушать можешь?

– Да.

– Мне нужно разыскать одну женщину. Не лично, только адрес. Поможешь?

Татьяна достала листок и карандаш и склонилась над столом.

– Диктуй фамилию и имя.

– Бахметьева Софья Илларионовна. Она очень пожилая, может быть, уже и в живых ее нет.

Татьяна молчала. Сейчас она не слышала ничего, кроме стука пульсирующей в голове крови.

– Алло! Таня, ты меня слышишь?

– Ты сейчас где?

– На углу Невского и канала Грибоедова.

– Мне нужно отъехать по делам. Через полчаса я буду на Фонтанке, возле поликлиники.

Ира знает, где это. Она с тобой?

– Да.

– Все, договорились.

Она швырнула трубку и пошла к двери, стараясь выглядеть спокойной.

– Тань, – окликнул ее коллега, – что говорить-то, если будут спрашивать?

– Говори как есть. Стало плохо, пошла к врачу. Я у Исакова отпросилась, он в курсе.

Выйдя на улицу, Татьяна перевела дыхание. Что-то происходит непонятное. Зачем Насте старуха Бахметьева? Неужели в Москве обнаружились концы этого убийства?

* * *Сергей Суриков был не из тех людей, которые любят что-то анализировать и сопоставлять, делая выводы, обнаруживая недостаток информации и стараясь его восполнить.

Во всяком случае, именно таким он был, когда попал к Бахметьевой. Со временем мозги его начали обретать некоторую гибкость и даже быстроту действия. Происходило это под воздействием постоянного общения с Софьей Илларионовной, которое стало для Сергея не только источником самой разнообразной и интересной информации, но и меняло его представления о самом себе и о жизни вообще.